яяя - Unknown

— Ты должна передвинуть нас, — резко сказала Лизель.

Я сделала вид, что думаю об этом и отрезала:

— Нет.

— Но ты сделала это для миссис Руц, — чуть ли не взвизгнула она. — Ты поставила ее на самый верх.

— И видела бы ты, что из этого вышло, — пробормотала я.

— Что? — нахмурилась она.

Очевидно, поезд призрачных сплетен, движущийся обычно со скоростью и точностью пули, пока ее не достиг.

— Ничего, — вздохнула я.

— Наше время на исходе. — Лизель осторожно коснулась своей призрачной, уложенной и залитой спреем челки, чтобы убедиться, что та не растрепалась. Нервная привычка, оставшиеся и после смерти. При жизни ветер запросто может испортить прическу, если, конечно, на нее не вылили с десяток баллонов лака для волос.

Я хмуро взглянула сначала на нее, потом на Эрика за ее спиной.

— По мне, так с вами все в порядке. — С чего бы им бояться исчезновения? Они были так же стойко прозрачны, как и всегда.

— Клэр начала встречаться кое с кем, — сказала Лизель. — Его зовут Тодд.

Я приподняла брови.

Развод миссис Педерсон несколько лет назад произвел настоящий фурор, особенно когда она, полупьяная от каких-то поднимающих настроение пилюль, явилась на следующий день в школу. К счастью, это оказалась суббота. К сожалению, в здании находилось более чем достаточно людей — кто-то учился, кто-то был наказан дополнительными уроками, кто-то готовил ежегодники, — чтобы в понедельник вся школа кишела слухами.

— Так что... вы хотите помешать ей? Раз сами не можете быть счастливыми, то и ей не хотите позволить быть счастливой, пока она вас не простит? Уилл никогда не пойдет на это. — Я отвернулась.

— На чьей ты стороне? — крикнула Лизель мне в спину.

— Не на твоей, — бросила я через плечо.

— Да, я заметила. Мы все заметили.

Я развернулась.

— И что это значит?

— Тебя заботит лишь то, что делает он. — Лизель сложила руки на груди. — До нас тебе нет дела.

Я так понимаю, что под "нами" она подразумевает все призрачное население Декатура и Граундсборо, а не только Эрика и себя.

— Я его проводник, — заметила я.

— Но ты одна из нас, — парировала она.

Я покачала головой.

— Думаешь, ты лучше нас только потому, что работаешь суфлером? — зло спросила Лизель.

— Нет, я думаю, что я лучше вас, потому что я лучше вас, — резко ответила я и пошла прочь.

— Ты уже не живая, знаешь ли! — крикнула она мне вслед. — Не то, что он. И то, что ты его проводник, не значит, что ты к нему близка. Тебе нужно перестать притворяться. Жалкое зрелище.

Я остановилась и снова развернулась к ней лицом.

— Что, прости?

Она специально взбесила меня, я понимала это, но все же не могла остановиться. Она ничего не знала, просто решила, что наступила на больную мозоль. И так уж случилось, что сегодня эта самая больная мозоль была больше и больнее обычного.

Лизель придвинулась ближе, громко шурша платьем в тишине летней ночи.

— Ты ничем не отличаешься от нас, но почему-то считаешь, что то, что тебя использует медиум, делает тебя особенной.

— Уверяю тебя, любое использование происходит по взаимности, — жестко ответила я.

— В самом деле? — закатила она глаза. — Думаешь, он захочет, чтобы ты всегда была рядом? Та, которую никто не видит? Ты работаешь на него. Все остальное — временно. Ты просто удоб...

Скорее всего, она собиралась сказать "удобная", но я оборвала ее прежде, чем она смогла закончить. Мы сцепились с ней прямо на соседнем дворе Уилла. Боже, надеюсь, он этого не видел, а если и видел, я все равно не могла спустить ей подобное с рук.

— Разве ты не видишь? То, что он делает — неправильно, — настойчиво твердила Лизель, даже когда мы боролись и катались по траве.

— Я делаю это не для него. Меня отправили обратно для...

— Тебя вышвырнули!

Я потянулась к ее горлу, чтобы перекрыть ей кислород и, наконец, заткнуть. Увы, мы нисколько не могли навредить друг другу.

— Эй, заканчиваете это! — возник между нами Эрик и растащил нас, одной рукой держа Лизель за платье, а другой — меня за ворот футболки. — Вы исчезаете.

Мы обе посмотрели на себя вниз. Половина туловища Лизель была насквозь прозрачной, а мои ноги пропали от стоп до колен. Черт побери.

— Похоже, ты полна решимости загладить свою вину перед миссис Педерсон, и я этим восхищаюсь, — нехотя процедила я.

— А мне нравятся твои волосы, — произнесла Лизель с неприкрытым презрением.

Но, наверное, наши слова были искренни с обоих сторон, так как исчезновение прекратилось.