Руслан Мельников - Тевтонский крест

Экипаж сбивал пулеметным огнем тех, кто успел перелезть через частокол, отсекал путь к бегству остальным. Пули настигли и коня Кербета, взбиравшегося уже по снежной гряде, за которой укрылся небольшой отряд наблюдателей. Умное животное словно чуяло, где искать спасение: жеребец скакал к людям по протоптанной меж заснеженными торфяниками стежке. Но не доскакал. Совсем чуть‑чуть.

Пулеметная очередь рассекла гриву, перебила позвонки и шейную артерию, вырвала клок мяса. Подстреленный конь свалился в снег. В белое фонтаном ударило красное. Бурцева и всех, кто лежал рядом, тоже окропило теплым и липким. Заколотили по воздуху копыта. Звякнула длиннополая кольчуга всадника, что по‑прежнему висел на стремени, мотнулась неприкрытая шеломом окровавленная голова.

Бурцев опередил всех. Юркнул под прикрытие конской туши, рубанул мечом по стременному ремню, высвобождая ногу бездыханного Кербета. Рванул обмякшее тело на себя. Вытащил‑таки черкеса из‑под обстрела…

Пустое… Кербет не шелохнулся. Кербет был мертв.

– Нет, жив, – уверенно сказал Юлдус. – Пульс есть. В седло сядет.

Кербет, в самом деле, вдруг вздрогнул всем телом, застонал, пошевелился. Открыл глаза. Попытался даже подняться.

– Да лежи уж, джигит, – Бурцев стер лошадиную кровь со лба и щек. Снова глянул на деревню. Там все еще бесновалась машина смерти.

– Вацлав, – Освальд повернул к нему побледневшее лицо. – Это ведь вовсе не дракон, да?

– Да.

– Что же тогда?

– «Рысь», – коротко ответил Бурцев.

– Рысь? Рысь – это такой зверь, как волк, медведь…

– «Рысь» – это такой танк, Освальд.

– Танк?!

– Медведь?! Погоди, ты сказал медведь?

Бурцев встрепенулся. Случайное упоминание о косолапом хозяине леса заставило его внимательнее оглядеть немецкие ряды. Как же он не подумал раньше?! В этой смеси моторизированной цайткоманды и ливонских рыцарей может ведь оказаться и фон Берберг. Если вестфалец здесь, ничто – даже танк – не остановит Бурцева. Уж он‑то найдет способ добраться до штандартенфюрера и выведать, где, в какой темнице заточена Аделаида.

Но нет, геральдических медведей не было. Были люди, были кони, были мотоциклы, была бронированная «рысь». И всюду сплошь кресты. Не фон Берберг ведет этот отряд. Разве что… Что, если вестфалец прячется в танке?

– Нам уходить надо, – Юлдус тронул его за плечо. – Домаш приказал ехать к князю Искандеру.

Бурцев покачал головой:

– Я не хочу уходить с пустыми руками.

– Что?

– Мне нужен полонянин, Юлдус. До зарезу нужен.

Глава 14

Даже бесшабашный рыцарь‑разбойник Освальд посмотрел на него как на умалишенного:

– Вацлав, та штука, которую ты назвал танком, уже погубила русскую дружину и стерла с лица земли целую деревню. Как ты хочешь полонить человека из войска, которое держит при себе такого зверя?

– Это не зверь, Освальд, а всего лишь самоходная повозка, железная колесница… Внутри сидят обычные люди. Те, что управляют ею и стреляют невидимыми стрелами. Если их выманить наружу…

– Ты, верно, совсем спятил, Вацлав…

– Пора нам, пора, – твердил свое Юлдус. – Когда этот ревущий демон перебьет оставшихся, он погонится за нами. А у нас на руках раненый Кербет, и под снегом вокруг полно торфяных ям. Даже Вейко не сможет быстро увести нас отсюда.

– Правда? – улыбнулся Бурцев. – Вот и славно!

Перед его мысленным взором уже стояла Ядвига, проваливающаяся под снег.

– Вейко, где тут поблизости яма побольше и поглубже?

– Да вон одна – прямо перед нами, только что ее обошли, – эст указывал на ложбинку под укрывшим их гребнем.

Надо же! Незнающий человек и не разберет, что здесь таится смертельная опасность.

– Отсюда не выберется ни пеший, ни конный, – заверил проводник. – Болото на дне этой ямы не замерзает даже в лютую стужу. Но зачем тебе это?

– А тот вон немецкий железный «дракон» выберется? – ответил Бурцев вопросом на вопрос.

– Хочешь заманить его в ловушку? – Лицо молодого чудина просветлело. Потом – посуровело. – Но ведь драконы умеют летать. Когда змей расправит свои крылья…

– Уверяю тебя, Вейко, у этой твари крыльев нет и летать она не может. Плавать, кстати, тоже.

Насколько помнил Бурцев, у гитлеровцев во время войны вообще была напряженка с плавающими танками. «Рысь», по крайней мере, к таким явно не относилась. Если машина увязнет и начнет тонуть в болоте, у экипажа будет лишь один путь к спасению – через верхние люки. И тут уж главное – не зевать.