Лачуня - Unknown

Руна,

Да, я все еще в городе и пробуду здесь как минимум до завтрашнего полудня. И я полностью свободна сегодня. Увидимся в одиннадцать-тридцать в «Полосатом Окуне». Жду с нетерпением.

Что до прошлого вечера, на то случай, если тебе вдруг станет интересно , то давай скажем так, что он принес с собой все, чего я ожидала, и даже больше.

Есть только одна вещь, которая вдохновляет лучше, чем неразделенная страсть, знаешь? Это страсть разделенная.

Реальность или фантазия? Решай сама или просто воображай и наслаждайся.

До встречи.

Тэйн.

О господи. Хейз знала, где Тэйн провела прошлый вечер, и с кем. Всю неделю она пыталась не думать о том, что у Оден запланировано свидание с Тэйн, Гейл и Лиз. Только многочисленные письма Оден с описанием того, как идет их первое издание, позволяли ей выбросить это свидание из головы. Теперь, столкнувшись с его реальностью, она меньше всего хотела быть в курсе переживаний Тэйн, пусть даже пропущенных сквозь объектив художественного восприятия писательницы и изменившихся в процессе.

Сами слова, если даже не факты, будут нести в себе образ Оден.

Оден и Тэйн. Боже.

В свое удовольствие – Наваждение

Я ни на что не рассчитываю, просто надеюсь, пока медленно принимаю душ, покрывая каждую часть своего тела пушистой, ароматной пеной. Я не могу удержаться, и представляю, что это твои руки скользят по моей чувствительной коже, и сама мысль о том, как твои пальцы касаются краешков моего желания, заставляет меня вздрагивать.

Я осторожно вытираюсь, не задерживаясь на чувствительных областях. Когда я до такой степени возбуждена, малейшее прикосновение сделает меня влажной. И все равно, когда я натягиваю мягкие, хорошо разношенные кожаные штаны на свои голые ноги, я знаю, что буду истекать раньше, чем застегну молнию. Выпуклый шов прижимается ко мне. Я уже твердая, как камень. И это возбуждение никуда не денется, прежде чем не окончится ночь. А ее я, вполне вероятно, проведу одна. Снова. И у меня не будет ничего, чтобы успокоить меня, ничего, кроме предвкушения и долгих воспоминаний о тебе.

Я была не права. Как же я была не права. И как я рада ошибиться.

Я не знаю, как это произошло, какой поворот событий привел меня назад, прочь от шума толпы и неопределенности, назад в твою квартиру, но вот я стою здесь.

Готовая. Давно и прочно готовая.

Я стою, упираясь задницей в закругленную спинку дивана, и жду, а ты смотришь на меня из дверей. Часть меня возносит молитвы. Сможешь ли ты почувствовать мою жажду сквозь темноту, услышать мое желание в тишине?

Ты включаешь приглушенный свет, подходишь ко мне, молча, и окидываешь меня взглядом – не бесстыдно, не нагло, нет, просто спокойно и уверенно. Я встречаю твой взгляд, пытаясь ничего не выдать. Но это трудно – быть спокойной, когда у меня внутри все плавится. Дрожащими руками я опираюсь на спинку дивана и выдвигаю себя вперед, раскрывая свою жажду, обнажая не только тело, но и душу. Воздух между нами подрагивает от потоков невысказанного желания.

Улыбка вспыхивает на твоем лице, и ты опускаешь взгляд – по силуэту моей груди, через живот, к промежности. Палец следует за твоим взглядом, проводя по центру моего тела, задерживаясь у меня между ног. Я издаю звук, наверное, это стон. Я не успеваю вдохнуть, а ты уже опускаешься на колени между моих раздвинутых ног и прижимаешь ладонями обтянутые черной кожей бедра. Мышцы моего живота сжимаются при первом же легком прикосновении.

Потом твое лицо оказывается у кожи, закрывающей меня, и прижимается достаточно сильно, чтобы мой клитор отозвался болью, а по ногам пробежали мурашки. Я проглатываю стон и пытаюсь не толкаться в тебя. Я хочу, чтобы это длилось долго. Но я так сильно хочу кончить. Затуманенными глазами я смотрю вниз, смотрю, как ты прикасаешься ко мне. Я хочу, чтобы все было так, как захочешь ты.

Твои руки поднимаются к моей ширинке, ты тянешь молнию, раздвигаешь ткань, захватываешь пояс и рывком тянешь его вниз, обнажая меня, но не полностью. Кожа скользит по моей набухшей плоти, и от этого давления я едва не кончаю. Мои руки трясутся от усилий, удерживая меня в вертикальном положении. Я еле дышу и стараюсь не шевелиться. Ты охватываешь меня руками, ладонями разминаешь мои ягодицы, а потом жестко прижимаешь меня к своему лицу. Подбородок задевает мой возбужденный клитор, я чувствую, как нежная кожа прижимается к нему, и во мне полыхает огонь. Я умираю, но я молчу. Я хочу, чтобы ты получила то, что хочешь.