Unknown - i df22215f5c096558

сферой компетенции, нужно было подавить вредные проявления в основном иерархического инстинкта, и

лишь до некоторой степени - полового. Вдов и женщин-одиночек тоже ведь кто-то должен осеменять и

подкармливать. Поэтому половой инстинкт мужчины обычно сдерживался культурно-религиозной

традицией лишь в пределах, необходимых для обеспечения нерушимости его собственной семьи и других

семей.

Другое дело - женщины. Их биологическая сфера компетенции - отношения с мужчинами, выбор

осеменителя и воспроизводство. Поэтому инстинктивные программы особенно сильно работают в этой

сфере. Иерархический же инстинкт у них подавляется инстинктом самосохранения автоматически. Поэтому

при воспитании девочек подавлялись прежде всего вредные для социума элементы поведения, диктуемые

половым инстинктом. Например, во избежание изнасилований, а также убийств и увечий мужчин в

конфликте из-за женщины, подавлялось стремление женщины к сексуальному рынку и сексуальной

провокации (вплоть до запрета показывать лицо посторонним мужчинам): «женщина должна быть

скромной». Подавлялось, как ведущее к матриархату и гибели социума, стремление к доминированию:

«женщина должна быть покорной, мягкой, слушаться мужа и почитать его». То есть подавлялось

среднеранговое и низкоранговое поведение и поощрялось высокоранговое.

В связи с этим абсолютным различием задач воспитания мальчиков и девочек и с принципиальной

невозможностью решить эти задачи в едином воспитательном процессе во всех зрелых сбалансированных

культурах мальчики и девочки с определенного возраста воспитывались раздельно.

В сегодняшнем разбалансированном матриархальном мире осуществляется совместное воспитание и

обучение детей разных полов практически исключительно женщинами.

Мальчик при матриархате, оказавшись уже с раннего детства среди доминирующих над ним женщин

(мать, воспитательница в яслях, детском саду, учительницы), часто вообще без отца и примеров мужского

поведения, постоянно подвергается женским унижениям и издевательствам, постепенно убивающим его

мужскую сущность и активность. Он лишается половой самоидентификации. Мы так к этому привыкли, что

даже не замечаем. "Что ты носишься, как ненормальный, вон посмотри на девочек, они сидят тихонько и

играют в дом с куклами. Они хорошие, а ты плохой." Цель и общества, и окружающих мальчика женщин

одна -сделать мужчину удобным в управлении. То есть, задавить природные инстинкты активного

охотника и воина, подавить личность. При этом неизбежно подавляются жизненная активность,

инициативность, сексуальность и прочие проявления общей самцовой жизнеспособности. Мальчик просто

уродуется, если называть вещи своими именами. Непомерная плата за управляемость. Кроме того,

матриархальные женщины неизбежно вымещают на мальчике свою ненависть к мужчинам и сексуальную

неудовлетворенность. В итоге такого «воспитания», средний современный мужчина становится

«социальным». То есть пассивным самцом с искусственно пониженным рангом, низкоранговым согласно

биологической классификации. И когда он вырастает, женщины в полном соответствии с их инстинктивной

половой программой, не воспринимают его как полноценного мужчину. Он становится сексуально

непривлекательным. Естественно, у него снижается самооценка и развиваются комплекс

неполноценности. И даже если в процессе жизни такая задавленная личность окажется настолько сильной, что распрямится и пробьет часть виртуальных барьеров, созданных «воспитательницами», то оставшиеся с

- 144 -

молодости

комплексы

и

привычная

манера

поведения

все

равно

оставят

его

сексуальную

привлекательность заниженной. Мальчики же с сильными самцовыми инстинктами, ранговый потенциал

которых трудно задавить, называются

«трудновоспитуемыми».

Некомпетентные

истеричные

женщины

учителя

с

точки

зрения

иерархического инстинкта «трудновоспитуемого» в принципе не могут являться для него авторитетом.

Поэтому матриархальная школа оказывается не способна обучить их, и они не получают качественного

образования. Зато сохраняют сексуальную привлекательность для женщин. Как-то раз в одной компании я

был очевидцем бурного спора двух мужчин об отношениях с женщинами. Интересно, что оба они вели их с