Дерзай, дщерь!

…Как вдруг незримая чужая сила

Меня, рванув, за волосы схватила

И стала гнуть: «Смирись, не прекословь»!

«Ты – Смерть?» – изнемогая, я спросила.

Но голос отвечал: «Не Смерть, – Любовь».

Одинокая женщина, даже с ребенком, явление столь же безрадостное, сколь и распространенное. Социологические опросы во всех странах показывают: только семейные довольны, без мужа (жены) счастья быть не может. «К мужу влечение твое»: библейский приговор опровергнуть невозможно; Марк Твен в остроумном «дневнике Евы» приписывает ей примерно такие рассуждения: когда я спрашиваю себя, почему я люблю его, мне ясно, что я этого не понимаю; он не слишком сообразителен, не так уж деликатен, заботлив и чуток, совсем не трудолюбив и не благороден: он выдал меня; но я его не виню, это свойство его пола; очевидно, я люблю его потому что он мой и потому что он мужчина.

Осознавая себя, женщина инстинктивно ждет и жаждет сильного, взрослого, умного, кто защитит, всё объяснит и твердой рукой поведет за собою. Некоторые и вымаливают, кто мужа, кто духовника; м. Л. в этих поисках трижды выходила замуж, всякий раз разочаровываясь; когда совсем отчаялась, взмолилась Богу с просьбой о руководителе – и оказалась в монастыре; теперь говорит, что кроме Христа руководителя не найти. Нет, благополучные семьи попадаются, рассчитывать на удачный брак вполне допустимо, при одном условии: надо быть готовой расплачиваться за счастливый союз кровью своего сердца.

Психологи говорят, а опыт подтверждает: мужчина выбирает по внешности, за красоту. На самом деле ясные глаза, стройная фигура, гладкая кожа, белые зубы составляют облик, который он подсознательно видит благоприятным для будущей матери его детей.

А как выбирает женщина? «О! он такой симпатичный, остроумный, такой внимательный, щедрый»! Приятные ощущения заменяют разум, затмевают реалистический взгляд на внутренние качества кавалера ; отношения развиваются под девизом «мне хорошо с тобой» и всё, что не вписывается в нежную лазурь, безотчетно отвергается.

Но однажды утонченный романтик из-за какого-нибудь ничтожного инцидента во мгновение оборачивается злобным агрессивным мужланом. Или оказывается наркоманом. Или алкоголиком. Или игроком. Или неукротимым блудником. Или растратчиком. Или ни к чему не способным паразитом. Отшатнется ли женщина в ужасе от перспективы союза с таким кандидатом?

Правильно, ни-ког-да, во всяком случае русская женщина. Она ринется помогать, поддерживать, обеспечивать, с верой в волшебную силу любви, которая чудесным образом изменит, исцелит и преобразит его, и притом, что совсем не маловажно, будет чувствовать себя героиней. Он счастлив до слез, он в восторге, падает на колени, целует руки, он строит лучезарные планы, клянется, обещает…

Спаси нас Бог от участи Прекрасной Дамы [182]: однажды, когда обещания в очередной раз нарушены и все светлые мечты поруганы, она возжелает обычной бабьей доли, каплю простой человеческой ласки, внимания, захочет дружеского участия и надежности, в порыве откровенности выкажет обиды, упрекнет в эгоизме, всплакнет об обманутых ожиданиях. И тогда он, в свою очередь испытав разочарование и крушение надежд, с полной убежденностью станет обвинять подругу, не оправдавшую его возвышенных упований: я думал ты не такая как все… а ты меркантильная… эгоистка… самка…

Женщина не сбежит и теперь; всегда склонная к самогрызению, она станет искать вину в себе, считать критику правильной, привыкать к унижениям и рыдать в подушку. Безрассудная рабская зависимость от кого бы то ни было вовсе не является добродетелью и признаком беззаветной любви, наоборот, как всякая зависимость, губит человека, обедняет личность, сводит ее к нулю.

Так вляпалась В., выйдя замуж за похожего на артиста Костолевского высокого задумчивого красавца-художника, претендовавшего на новое слово в искусстве, но потратившего жизнь на пьяные дискуссии в чужих мастерских. Ее сестра, рассудительная Г., отрицая значение мужской внешности, ждала жениха с умом и способностями, в том числе с умением зарабатывать, а как же, декларировала, нужен кормилец и защитник потомства. Но вышла за симпатичного рыжего парня, совсем не соответствующего ее матримониальным планам.

Стереотипные представления о ролевых функциях в семье порождают ошибки: хороший человек, т.е. умный, честный, щедрый, бескорыстный, по определению не может быть ловким добытчиком. Надо еще учесть, что советская цивилизация, ограничивая возможности мужчин зарабатывать, вовсе отучила их работать. И вот, при давлении общепринятых стандартов, а также мнения вездесущей мамы, появляется навязчивая мысль: «что он за мужик, если у меня оклад больше?!».