Елена Шарни - Фэйк

– Нервы – Чарли развел руками – Столько хлопот, новую квартиру снял, ты лучше посмотри на Джинни, мам!

Ну, вот он – момент истины. Когда я была маленькой и совершала какую-то провинность – одного маминого взгляда было достаточно, чтобы я во всем призналась и принималась горько плакать. Она с ходу выясняла – та вечеринка у Виолы не была безалкогольной, мы с Риком Джонсоном со второго курса не просто друзья – «мамин радар» не подводил ее ни разу.

– А что Вирджиния? Она никак не изменилась

До сегодняшнего дня.

Мать обняла меня.

– У тебя же все в порядке, дочка?

Нет, все-таки «радар» на месте.

– Все отлично, мам – я быстро отстранилась – А с нами еще Тина.

– Доброе утро, миссис Льюис – Тина, наконец, отлепилась от машины и улыбнулась – Отлично выглядите, новая блузка, да?

– Все ты подмечаешь, не полнит?

– Что вы? Как на вас шито!

– Ха! Тогда помни, что для тебя я – Сью – мама подхватила Тину за руку и принялась совершать некие телодвижения, которые лишь условно можно назвать танцевальными, скорее это было похоже на ритуальный танец какого-то туземного племени.

– Как там было «Every man wants to be a macho… macho man».

– Думаю, Village people сейчас икается – шепнул мне брат.

Мама обожала Тину и полюбила ее буквально с первого взгляда. В прошлый приезд Тина показала ей свои любимые рецепты карибских коктейлей. Кажется, из всех нас троих мама больше всего рада именно приезду Тины.

– Я все сделала, как ты говорила, но ты должна помочь мне с маргаритой.

– С радостью, Сьюзан.

– Чарльз, не стой столбом! Иди разогревать гриль, там уже ждет тетя Бекка.

Брат зашагал на задний двор с видом узника, которого ведут на эшафот.

– Я поздороваюсь с папой, он где?

– Где же ему еще быть – мама пожала плечами и махнула рукой, уводя Тину на кухню – Музицирует, как всегда.

Звуки моего любимого произведения «К Элизе» Бетховена я услышала, едва переступив порог родительского дома. Отец играет на пианино – эту картину, такую знакомую, я готова наблюдать часами. Как папа вслушивается в каждый звук, чувствует мелодию, словно пропуская ее через пальцы и давая собственную, особую, интерпретацию.

Отец обернулся, увидел меня и улыбнулся.

– Давай, присоединяйся! – он подмигнул и указал на свободный стул у пианино. Я пожала плечами – в любой другой раз, конечно бы отказалась, но сегодня отчего-то нет. Я села рядом, и мы доиграли «К Элизе» в четыре руки.

– Браво! – Фрэнк Льюис зааплодировал.

– Четыре ошибки, а ведь знала наизусть – возразила я.

– Отсутствие практики. Мне повезло, что хоть одного из своих детей я сумел усадить за инструмент, Чарльз грезил лишь о гитаре.

Я покачала головой.

– Зато на нем природа не отдохнула, как выяснилось впоследствии, вот увидишь – он еще прославит династию Льюисов своим пением.

– Непременно – согласился папа и накрыл мою ладонь своей, для него мы с Чарли всегда были самыми лучшими, чтобы не случилось – Но я не считаю, что ты, Вирджиния, менее музыкально одарена, чем брат. У тебя чудесный тембр и если бы только не то глупое недоразумение в школе, много лет назад…

Я вздохнула и поднялась, хоть мне и не хотелось покидать этот уютный рай, созданный отцом и его музыкой.

– На том все и закончилось. Придется довольствоваться дочерью, совершающей революцию в жанре публицистики о сельском хозяйстве.

Фрэнк пожал плечами.

– На любой работе можно приносить пользу, лишь бы она была тебе по сердцу.

Он закрыл крышку пианино.

– А как насчет остального? Как том паренек с работы, ты о нем много говорила, Патрик, кажется?

– Извини, пап он играет за другую команду. Та команда тоже ничего, но в нее не берут девочек. Мы с ним друзья. Ты же понял о чем я?

– Ох – отец закивал, давая понять, что разгадал мою метафору – Чтож, и такое случается.

С ним было так хорошо. Отец всегда был моим защитником, с самого детства. И именно сейчас, как никогда мне нужен его мудрый совет.

– Пап, ты знаешь, я… в-общем, я тут ввязалась в одну авантюру, поначалу это было шуткой, но все больше принимает серьезный оборот, так вот…

– Фрэнк! Джинни! Что вы там застряли! – донесся громогласный окрик мамы – У нас тут гости, между прочим!

Отец мигом вскочил.

–Договорим потом, дочка. Не стоит заставлять Сьюзан ждать.

О, да. Если бы моя мать была Доктором Зло, то давно бы захватила весь мир.

– И представьте себе, стоит такой весь из себя хорошенький беленький мальчик, похожий на херувимчика и…делает это на мой ковер! А, ковер-то между прочим, персидский, мы с Питером его купили еще в медовый месяц – энергичная тетя Бекка собрала вокруг себя целую толпу заинтересованных слушателей, тех, кому из года в год казалась забавной эта история.