Александр Моралевич - Фельетоны

— А-а, это над вашим подъездом на стене написано: "Марш вперед, труба зовет, эх, черные гусары, спасай Россию, бей жидов, они все комиссары"? А на лестнице, четвертая ступенька ко второму этажу, нагажено не менее как взрослым мужчиной?

— Ой, Владимир Ильич — точно! Только на стене про жидов ЖЭК запескоструил, а нагажено теперь на шестой ступеньке к третьему этажу. Нам убрать или оставить как ориентир?

Ах, сколь часто при большевизме ориентиром нам служило (да бессчетно служит и теперь!) чье-либо безымянное говно!

Так вот. Уже в агонии, но ещё не провидя столь мгновенного обрушения коммунизма — в самом центре Москвы, на траверсе знаменитого чучелоида Церетели, Совет министров СССР в бывшем княжеском особняке с колоннами, при саде за чугунным забором — обустроил свой помпезный гостевой дом. Но в одночасье отбросил копыта СССР, и ещё в некоторой растерянности от того, чтобы провозгласить: "Всё лучшее — Дерипаске!", страна провозгласила: "Всё лучшее — детям!". Так гостевой дом Совета министров сделался блистательной неврологической клиникой, подразделением знаменитой Морозовской больницы, выстроенной старопрежним благотворителем Морозовым. (Ах, отмечены ли будут нынешние времена хотя бы новопостроенной гуманной психушкой, названной по имени благотворителя Потанина? Ведь весьма скоро в России чокнутся очень многие! Или, допустим, возведется ли противотуберкулезный диспансер Фридманарий, Мордашевский или Вексельберговка?)

Да, граждане, ещё недавно были у нас неоплевываемые святыни. В виде, допустим, московского метро. При входе в которое от храмовой чистоты, благолепия и температуры комфорта умягчались нравами затурканные московские обитатели и гости столицы. Не харкали, не мусорили и не превращали подземку в отхожее место.

И — баста. Отошло! Бренча, катаются по полу вагонов пустые пивные банки, шкалики, а кое-где вообще припахивает уриной. А стены и стекла облеплены рекламами ясновидиц, ворожей, абортариев и нанимателей на более чем подозрительные работы.

Но феноменальный-то неврологический центр Морозовской больницы, куда родители приводят дитя для излечения от эпилепсии и черепных травм — уж там — то сохранилась тишь, гладь и Божья благодать? Там, где на собеседования с родителями и обследование дитяти, в отличие от районки, где тебя приветят йодком и ебком — отводится по сорок минут, а то и по часу — неуж?

Да, даже там. Да ведь при общей запущенности и загаженности в стране просто бесят родителей юных пациентов здешние нафабренные паркеты, и просто подмывает обезобразить их разбрасыванием отходивших свой срок памперсов. А разве могут не вызывать гнева бронзовые ручки на дубовых филенчатых дверях? Свинтить надлежит такие ручки, срезать бисерные люстретки, унести для дома, для семьи компакты из унитазных бачков. А поскольку в негодность приведены унитазы — в крайнем изумлении стоит на внутренней мраморной лестнице главврач Евгений В. Кессель. И двойственные чувства обуревают его. С одной стороны — гордость. Ну, скажите, какой, допустим, бельгиец на лестнице, где каждые пятнадцать секунд кто-либо поднимается либо спускается, мог бы так молниеносно насрать? С другой же стороны — что за скоты и зверье обитают в нашей стране во облике людей?

Двойственные чувства переполняют также и автора этих строк. С одной стороны — сколь же славен человеческий гений, давший нам палитру экстра-красок в аэрозольных баллончиках, перманентные фломастерные маркеры с совершенно водостойкой и несмываемой тушью.

С другой же стороны — приходишь в ужас от граффити, которые расцвечивают стены домов в российских мегаполисах, изукрашивают опоры мостов и ограждения в полосе отчуждения подмосковных электричек. И медицинский персонал главврача Кесселя на кафеле над разоренным унитазом только сводными усилиями исхитряется свести фломастерную текстуру:

Что говорить: дельные иноземцы изобрели бидэ и унитаз. Михаил Булгаков писал, то разруха начинается как раз тогда, когда начинают мочиться мимо этих приспособлений. Возможно, воспомоществование опять придет к нам с Запада, где изобретут и продадут России по гуманитарным ценам портативные снайперские прицелы для оснащения ими пенисов и анусов россиян И никакие СМИ не вспискнут даже по поводу российского преклонения перед Западом, за что еще в недалекие прошлые годы можно было схлопотать срок. Теперь такие времена, что обнародуются даже обелительные параллели с буржуем. И если Д. Медведев заполошно и первей всего удлиняет сроки президентства и депутатства — то немедля раздаются массовые визги, что — наконец-то, и действия Медведева — это всего лишь наша осмысленная и здоровая тяга к европеизму. И уж теперь заживём мы не хуже Финляндии, где тоже шестлетние президентские сроки!