Эдуард Тополь - Московский полет

Я посмотрел на них и подумал, что если бы рядом со мной сейчас оказался Левка Толстяк, он воскликнул бы со своим обычным вдохновенным энтузиазмом: «Старик, – это же потрясающий сюжет для co-production! Два американских старичка ищут какую-то бумажку в революционной России! Вокруг творится черт-те что, гражданская война, а они ходят от одного нашего чиновника к другому и наконец добираются до самого Горбачева. Но даже он не может помочь, потому что у него нет уже никакой реальной власти. Это же гениальный сюжет для комедии! Давай быстро напишем заявку и продадим в Голливуд!».

Но Толстяка не было рядом со мной, и я, вздохнув, сказал старичкам:

– Вы приехали сюда в самое подходящее время… – Да, теперь мы понимаем, – произнес мистер Огилви. Кажется, впервые за все наше путешествие я услышал его голос. – Но именно поэтому мы подумали: если бы вы могли поехать с нами завтра…

Я не мог сказать им, что собираюсь через несколько часов нелегально покинуть Ленинград, но я не мог обидеть их своим отказом. Я сказал:

– Я думаю, что есть только один способ найти эту бумажку в советских архивах. И вы это можете легко сделать без меня. Больше того, мое присутствие может только испортить все дело…

– Вы думаете, мы должны дать взятку? – сказала миссис Огилви, сухо подобрав свои губки и как бы заранее отталкивая меня осуждающим взглядом. – Ни в коем случае! – ответил я. – Взятку они у вас не возьмут. Не потому, что они не берут взяток, а потому что взять взятку у вас они побоятся. Но я вам советую сказать начальнице архива вот что. Скажите ей, что как только найдется этот документ, она будет персонально приглашена на церемонию переименования вашего колледжа в «Первый американский королевский колледж». И даже получит какой-нибудь почетный диплом или докторскую степень. Уверяю вас, что ради поездки в Америку она лично, своими руками перероет все царские архивы!

– Вы так думаете? – с некоторым сомнением произнесла миссис Огилви.

– Абсолютно! Больше того – я даже думаю, что, если такой бумаги нет в русских архивах, она все равно найдется.

– Как это? How come? – захлопала глазами миссис Огилви.

– Они ее сделают сами, – ответил за меня полковник Сэм Лозински. И сказал мне: – Ты знаешь, Вадим, я тоже имею приватную цель в этой поездке…

– Well, – сказал я. – В этом я не сомневаюсь. Тебя интересуют секретные документы Генштаба Советской Армии. Как раз здесь, в Ленинграде, у меня есть одна знакомая девочка. Она работает секретаршей командующего ленинградским военным округом и одновременно является любовницей начальника Балтийского военно-морского флота. – Ты шутишь! – почти поверил мне Лозински. Я посмотрел на Джона О'Хагена: – А как насчет тебя? Тебя не интересуют секреты колхозного производства пшеницы? Я дорого не возьму.

– Нет, спасибо, – усмехнулся Джон. – But as a matter of fact I do have my own goal. [Но у меня тоже есть цель в этой поездке]. В Таллинне у меня назначена встреча с мэром города. Мы ведем с ним переговоры о том, чтобы наши города стали городами-побратимами.

Я вопросительно глянул на Нормана Берна, но он сказал: – Я свою миссию уже выполнил.

– Какую миссию?

– Well… Пожалуй, теперь я могу сказать. Я привез IBM для московской синагоги. Со шрифтами на идиш и на иврите. Теперь они смогут сами печатать еврейские книги.

Черт возьми! – подумал я. Я был уверен, что все мои спутники – просто праздные туристы-журналисты, и только я со своей затаенной идеей найти свой фильм и увидеть главную женщину моей жизни – особый случай и оригинальное исключение. А оказывается… Вот тебе и еще один сюжет для фильма: заурядная вроде бы группа туристов едет в СССР, но у каждого – своя цель, своя секретная миссия…

Два интуристовских автобуса – в первом мы, а во втором наш багаж – прокатили по мосту через Неву. Я перевел взгляд на полковника Лозинского.

– Конечно, Сэм, я пошутил. Но скажи мне свою цель.

– Уфф! – он с облегчением выпустил воздух. -You gave me a hard time, Vadim [Ты мне задал задачку]. Если бы твоя девочка была реальной, у меня бы уже не было выбора. Well. Anyway… Моя цель, конечно, скромней. Хотя не легче. Просто я нумизмат, а во вторник у нас по расписанию посещение Эрмитажа. И, как я знаю, только в Эрмитаже есть полная коллекция крестов Мальтийского ордена… – Тут на всегда холодном, как стилет, лице полковника вдруг появился какой-то внутренний свет. И он спросил меня дрогнувшим голосом: – Ты думаешь, есть какой-нибудь способ получить разрешение сфотографировать эту коллекцию?