Позвони, пожалуйста, Дюбуа [20]и скажи, где я. Он мне обещал… Возможно, он достанет тебе пропуск на свидание со мной. Пиши мне скорее, малыш. Быть может, тоска моя развеется, если я не буду чувствовать себя всеми покинутым. Еще сходи к моей консьержке. Она отдаст тебе картины [21]. Пришли мне также 500 франков, у меня почти ничего не осталось. До свидания, малыш. Обнимаю дружески.
Жан.
<���…> этот бланк, чтобы <���…> передачу. Его надо предъявить в окошко… <���оторвано>.
7
6 июня 1943 (почтовый штемпель). Письмо по пневматической почте в конверте. Адрес на конверте в предыдущем письме, здесь и далее (если не указано особо): улица Сент-Андре-дез-Ар, 49. Фамилия и номера отделения и камеры здесь и в последующих письмах повторены внутри конверта, который следовало передавать незапечатанным.
Франсуа, малыш,
Меня удивляет, что от тебя нет писем. Ты не видел Декарнена, не получил моей записки? Я очень беспокоюсь. Деноэль мне написал. Он занимается моим делом вместе с Дюбуа (видел ли ты его?) и мэтром Гарсоном. Пожалуйста, переправь мне 500 франков и пошли кого-нибудь ко мне с передачей весом в 4 кг во вторник с восьми до полудня. Надо предъявить разрешение, оно приложено к последнему письму, если что — обратиться в канцелярию. Но больше всего, пойми, я жду твоего письма. Мне грозит высылка, так что, сам понимаешь, в каком я состоянии. Только работа может принести утешение.
Вещи мои, о которых мы говорили, можешь передать своему другу из Монпелье. Не стану тебе объяснять, до чего я голоден и как трудно работать, когда в желудке — ничего, кроме капельки бульона. И курить нечего.
Пиши, прошу тебя.
С дружеским приветом.
Жан.
Жене 5/32-бис, улица Санте, 42.
8
Суббота, 5-е, после обеда.
Франц, дружочек,
С моей стороны было ужасным свинством посылать тебе письма одно за другим, да еще такие дурацкие.
Нога разбитой статуи! Никогда не забуду [22].
Нет слов, как я тронут твоим дружеским расположением и вами всеми! Мне кажется, вы сможете вытащить меня отсюда. Ничего, если отсижу месяцев 8–10, лишь бы выйти. За это время я напишу замечательную книгу и тем вас отблагодарю. Я напишу прекрасную книгу!
Чтобы я мог работать, Кокто должен привезти мои наброски и передать Гарсону. А Дюбуа должен повидаться с начальником тюрьмы и попросить перевести меня в одиночную камеру.
Из вырученного за мою коллекцию — 4000 франков оставь себе — необходимо дать денег Декарнену на передачи, потому что я подыхаю от голода и отсутствия табака. Пережевывать я здесь могу только собственные слова.
Пиши мне больше. Твои письма никогда не покажутся мне слишком длинными. По правде говоря — и ты сам это знаешь, — ты мой единственный настоящий друг, не считая, конечно, бога в халате, окутанного облаками пара перегретой ванны [23].
Как у тебя дела с размазней Декарненом? По-моему, у вас ничего не получится. Он не тот, кто тебе нужен. Даже если он останется верен дружбе, в которой меня заверяет. Следи, чтоб он меня не забывал. Главное, чтобы твои дела в Багатель не помешали тебе писать мне письма, хотя бы коротенькие, если ты занят или устал. Целую — самым целомудренным образом, ибо затворничество очищает (будучи невидимым, я идеализируюсь) — Агуцци.
Откуда Сесиль Элюар и другим известны подробности обо мне? Кто им рассказал? Ты ничего не пишешь о юном зяте [24].
Я написал Пабло Пикассо. Спросил его, знает ли он, в какой камере сидел Гийом Аполлинер.
Мои литературные планы:
Закончить здесь начатые стихи и отдать их Деноэлю.
Просмотреть все мои пьесы, закончить «Обнаженного солдата» и опубликовать все вместе в одном томе, приправив рассуждениями о «невозможном» театре.
Завершить «Детей ангелов», которые я решил назвать: «Чудо о розе».
Мои пьесы тебе понравятся, когда я их пересмотрю и прокомментирую. Написал небольшое стихотворение. Пошлю его тебе в другой раз. Написал для романа страниц сорок — очень насыщенных, какие ты любишь. Я теперь, когда пишу, думаю о твоей оценке. Но мне не хватает бумаги.
Надеюсь на три вещи. Вот они по порядку, начиная с главнейшей:
В случае примерного поведения высланные освобождаются через три года.
Недавно опубликован декрет, по которому наименее опасные преступники высылаются в Германию. (Сможет ли Дюбуа подключиться в таком случае?)
При мне справка о непригодности к военной службе с диагнозом: мифомания, преступные наклонности и… Если Гарсон сумеет сделать так, чтобы меня осмотрел Алленди, я спасен.
Читать дальше