Артур Хейли - Колеса

— Идите сюда, давайте знакомиться, — сказал Хэнк Крейзел и стал подводить Адама к гостям, среди которых были конгрессмен, судья, какой-то важный тип с телевидения, два поставщика автомобильных частей — коллеги Крейзела и несколько человек из дирекции компании, где работал Адам, включая трех агентов по закупкам. Был среди них и молодой человек, который, с обаятельной улыбкой протянув Адаму руку, представился:

— Меня зовут Пьер Флоденхейл. Смоки говорил мне о вас, сэр.

— Да, да, конечно. — Адам вспомнил, что это молодой гонщик, которого он видел в качестве продавца в демонстрационном зале Смоки Стефенсена. — Ну, как идет торговля?

— Совсем неплохо, сэр, когда есть время обработать покупателя.

— Забудьте это идиотское обращение «сэр», — сказал Адам. — Тут все зовут друг друга по имени. А вам не повезло в Дейтонской пятисотке.

— Еще как. — Пьер Флоденхейл отбросил со лба непослушную белокурую прядь и сморщился. Два месяца назад он успешно преодолел сто восемьдесят изнурительных кругов в Дейтоне, вышел в лидеры, когда оставалось всего двадцать кругов, и тут у него отлетела головка блока цилиндров, из-за чего пришлось сойти с дистанции. — В тот момент у меня было откровенное желание раздавить эту проклятую тачку, — признался он.

— На вашем месте я столкнул бы ее с обрыва в море.

— Надеюсь, в следующий раз буду удачливее. — По лицу гонщика промелькнула мальчишеская улыбка; держался он все с той же приятной непосредственностью, которую подметил в нем Адам при встрече в магазине Стефенсена. — У меня такое чувство, что в этом году я обойду всех на гонке «Талладега-500».

— Я буду в Талладеге, — сказал Адам. — Мы собираемся представить там новую концепцию-модель «Ориона». Так что буду вам аплодировать.

Откуда-то сзади раздался голос Хэнка Крейзела:

— Адам, это Стелла. Она готова исполнить любое ваше желание.

— Например, насчет чего-нибудь выпить, — послышался приятный голос. И тут Адам увидел рядом с собой симпатичную маленькую рыжеволосую девушку. На ней было едва прикрывавшее наготу бикини. — Здравствуйте, мистер Трентон.

— Здравствуйте. — Неподалеку он заметил еще двух девушек и тотчас вспомнил, как Эрика спросила его: «Мужской уик-энд — это значит вообще без женщин или только без жен?»

— Я рада, что вам нравится мой купальный костюм, — сказала Стелла Пьеру, заметив, как его взгляд скользит по ее телу.

— А мне показалось, что вы вообще без ничего.

— Как насчет чего-нибудь выпить? — повторила девушка, снова повернувшись к Адаму.

Он попросил принести бокал «Кровавой Мэри».

— Не уходите далеко, — предупредила она. — Я один момент.

— Скажите, Адам, — спросил Пьер, — а что такое концепция «Ориона»?

— Это машина, изготовленная в рекламных целях до того, как начнется серийное производство. На языке коммерсантов это значит что-то вроде «сигнального экземпляра».

— Значит, в Талладеге вы будете демонстрировать не настоящий «Орион»?

— Нет, — ответил Адам. — Настоящий «Орион» сойдет с конвейера не раньше чем через месяц. Концепция «Ориона» будет похожа на подлинник, но в какой степени — это пока секрет. Между тем мы будем широко демонстрировать его, чтобы подогреть всеобщий интерес к новой модели, чтобы люди говорили о ней, спорили, каким будет настоящий «Орион». Можно сказать, — добавил Адам, — что этому «сигнальному экземпляру» отводится роль как бы раздражителя.

— Я тоже могла бы сыграть такую роль, — сказала Стелла, вернувшись с бокалами для Адама и для Пьера.

К ним подошел конгрессмен. У него были длинные седые волосы, добродушная манера держаться и громкий, хотя и вкрадчивый, как у проповедника, голос.

— Меня заинтересовало, мистер Трентон, то, что вы говорили об автомобильной промышленности и ее умении прислушиваться к мнению других. Надеюсь, это умение распространяется и на то, что говорят законодатели?

Адам помедлил. Его так и подмывало ответить по обыкновению резко, но он ведь был не у себя дома, а в гостях. Адам перехватил взгляд Хэнка Крейзела, который явно обладал способностью быть всюду и везде и слышать все для него существенное.

— Не стесняйтесь! — бросил Крейзел. — Хорошенькая потасовка нисколько не помешает. Да и доктор вот-вот подъедет.

— Сейчас конгресс выдает нам одни глупости, — сказал Адам конгрессмену. — Глупости, которые изрекают люди, жаждущие услышать свое имя в новостях и знающие, что добиться этого легче всего с помощью нападок — обоснованных или вздорных, не важно каких, — на автомобильную промышленность. Один американский сенатор, — продолжал Адам, и конгрессмен покраснел, — добивается, чтобы через пять лет было запрещено пользоваться автомобилями, если они по-прежнему будут работать на двигателях внутреннего сгорания, а чем заменить этот двигатель, он ни малейшего понятия не имеет. Ну что ж, если это случится, единственным положительным результатом будет то, что этот сенатор не сможет больше разъезжать со своими глупыми речами. В некоторых штатах начались судебные процессы, с тем чтобы заставить нас отозвать все автомобили, выпущенные после пятьдесят третьего года, и внести в них конструктивные изменения с учетом допустимого уровня токсичности выхлопных газов, установленного в Калифорнии в шестьдесят шестом году, а в других штатах — в шестьдесят восьмом.