Значительное место в «Памяти» занимает полемика автора с двумя вроде бы противоположными, но, как всякие крайности, сходящимися в своей сути направлениями в науке. Речь идет о норманистах и «евразийцах».
Камня на камне не оставляет Владимир Чивилихин от теории норманистов и их современных последователей, доказывающих неспособность якобы вообще славян, и в частности русских, навести порядок в собственном доме. Все содержание «Памяти» убеждает в обратном. Народу, создавшему такую великую культуру и такое могучее государство, какими они предстают на страницах книги, не нужны наставники со стороны. Автор привлекает все новые и новые, как наши, так и зарубежные, научные источники, опрокидывающие в зародыше эту фальшивую и вредную теорию.
«Оппонентами» норманистов выступили «евразийцы». Суть новаций их, в принципе, не во многом расходится с норманистами — порядок на Русь несли — де более «пассионарные» пришельцы, только уже не с Запада, а с Востока.
Владимир Чивилихин приводит убедительные, логичные, опирающиеся на строгие научные данные возражения наиболее активному и заметному выразителю идей «евразийцев» доктору исторических наук Л. Н. Гумилеву. Он выступает против преуменьшения урона, нанесенного Руси нашествием, против попытки изобразить трехвековое иго, надолго задержавшее ее развитие, в качестве некоего «союза Великороссии с Золотой Ордой», «тесного симбиоза Руси и Орды».
Он показывает, как давили и грабили Русь ордынцы, сколько кровавых набегов они еще совершили, пока не остановили их, уже навсегда на Угре, как издевались они над русским народом и его князьями.
Но разумеется, пафос «Памяти» — не в полемике со сторонниками ошибочных воззрений. «Память» сильна своей, как уже отмечалось, открытостью для дальнейших исследований, предлагаемых любознательному читателю, сильна антимилитаристским духом, пафосом истинного интернационализма, созидания.
Она рождает законную гордость за наш великий народ, за его великую и древнюю историю. Она помогает воспитывать столь необходимое каждому гражданину, патриоту чувство исторической памяти, «связующей все со всем».
Валентин СВИНИННИКОВ
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу