Эмэ Бээкман - Возможность выбора

Невероятно, но факт: именно история с Виктором-Халдором выбила Мари из колеи.

Мари просто ошарашила Регину своей старомодной привязанностью — неслыханно, чтобы кто-нибудь столько лет лелеял в душе свою едва ли не детскую любовь! В наши дни как-то естественней, что женщины иронизируют над прошлыми увлечениями. Говорят, мол, молода была, глупа, или же замечают элегически, ах, это было так давно, разве упомнишь все эти наивные страсти!

И вдруг оказалось, что долгие годы чувства и мысли Мари были привязаны только к Халдору.

Не бывает правил без исключений.

Регина не ошиблась бы так глупо в Мари, будь у нее достаточно последовательности отказаться от удобных стереотипных представлений.

Почаще следовало бы безжалостно и строго приглядываться и к другим. Самоуспокоение, поверхностность — признаки ограниченного человека. А она воображала, будто, стараясь быть попроще, сможет обеспечить семейную гармонию. Каждой победе неизбежно сопутствуют потери. Вот так и превратилась она в банального человека, привыкшего и других мерить на свой аршин. Наверняка любая другая, более тонкого склада женщина после первого же незаконного ребенка отказалась бы от своего безнравственного начинания, но Регина смело продолжала в том же духе.

А остальные дети — они могли бы и не родиться? Эта мысль будто ножом полоснула Регину.

Только легкомысленная особа вроде нее и могла поверить, будто людские сердца окончательно зачерствели и привязанность к другому человеку — явление эфемерное, недостойное внимания. Она была уверена, что современные люди грубы, что в них нет никакой тайны, они полностью на виду, словно несут на ладони свою примитивную душу для всеобщего обозрения.

Выходит, что Регина может винить в поверхностности только себя.

Это она не сумела разобраться даже в тех людях, с кем прожила рядом немало лет. Ведь почти полжизни Регина общалась с Мари — и вот тебе на!

Или же взять Герту. Удобно было считать, что старая учительница, усердно воспитывая детей Регины, тем самым избегает одиночества. Герта ни разу не сочла возможным излить Регине душу, так что о прошлом соседки Регина имела довольно смутное представление. Какие закаменевшие воспоминания скребли своими шипами душу Герты — кто знает?

Об Антсе не стоило и думать — тоже мне великий неизвестный!

Лавина информации приучила многих оперировать обобщениями и моделями, чтобы создать в этом хаосе хоть какую-то более или менее наглядную систему, и в порыве азарта и в отношении отдельного индивида применялось упрощенное представление. Так просто было объявлять чудачеством непонятный поступок другого человека или же заявлять, что вон тот субъект слегка свихнулся.

Кто постарался, собственно, разгадать, например, ту же загадку Лийви?

Прошло уже два года после аварии, но она так и не стала прежней Лийви.

Вернувшись после долгого лечения из города, Лийви стала жить замкнуто и изо дня в день без устали ходила по своему саду. Мало кому удавалось выманить ее за калитку. Антс часто навещал Лийви. Общие воспоминания? О чем они там говорили? По слухам, Лийви роняла лишь одиночные слова и редко-редко открывала рот, чтобы сказать только: спасибо, пожалуйста, возьми меня за руку.

Можно было бы пожать плечами — это ее странность! Может быть, после несчастья Лийви просто не в состоянии вести себя иначе или же у нее затронут мозг? Но стоит зайти разговору о Лийви, как люди начинают негодовать: молодая и прямо-таки пышущая здоровьем девка сидит на шее у родителей и не хочет работать! Кое-кто говорит: чего, мол, пристали, она рехнулась. Нормальный человек не станет просто так целыми днями ходить по саду! Добро бы еще она в одиночку бродила, так нет, непременно кто-то должен идти рядом и держать ее за руку. У родителей Лийви от этой бесконечной ходьбы уже ноги отваливаются — а дочка требует, чтобы ее водили как малого ребенка.

Былой миф о Лийви был развеян в прах. Кто не видел эту бесшабашную девку за рулем, тот поверить не мог, что она гоняла на машине наперегонки с мужиками и возила из карьера на тяжелом самосвале гравий. Теперь Лийви и слышать не хочет о механизмах и моторах, на машины она глядит с брезгливой усмешкой. Когда после ее возвращения из больницы шоферы тут же явились большой компанией проведать Лийви, один из них подкатил на легковушке новой марки с надеждой, что машина привлечет внимание Лийви и поможет ей отвлечься от воспоминаний об аварии и больнице, — Лийви повернулась спиной к сверкающему лимузину.