Утром Виктор долго не отходит от телефона. Договаривается о чем-то с Леной.
— Скажи Майклу, — говорит в трубку, — чтобы он свел меня с местными полицейскими.
— Зачем?
— Это нужно для работы. У них криминал. У нас растет преступность. Понимаешь?
— Нет. Говори, что задумал.
— Мы должны учиться друг у друга. Обмениваться опытом. Что здесь непонятного?
Виктор сует Майклу трубку. Он терпеливо выслушивает объяснения Лены.
— Понимаю, — говорит Майкл, — для работы. Все для работы.
Он звонит какому-то знакомому депутату. Тот еще кому-то. Затем Майкл набирает номер важного человека в полиции. Наконец, договорились. Виктора, меня и Лену приглашают на официальную встречу в местные органы правопорядка…
— Может быть, — торжественно сообщает Майкл, — полицейские возьмут вас на ночное дежурство.
На третий день приезд нашей делегации с размахом отмечали в небольшом кафе.
Праздничную вечеринку организовали местные жители. Пришли целыми семьями. Со своей едой. Закуску везли и несли в пузатых термосах, кастрюльках, горшочках. Ну прямо как в нашей деревне. Все припасы выкладывали на отдельный широкий стол. Каждый сам подходил и выбирал угощение по вкусу. Спиртным обеспечивал бар. После коротких официальных выступлений занялись интеллектуальной разминкой. Выясняли, кто лучше знает чужую страну. Советская команда не подкачала. Мы вспомнили названия десятков штатов США, едва ли не всех американских президентов. Перечислили множество имен литераторов, режиссеров и актеров. Американцы не могли назвать даже несколько союзных республик СССР. Чуть отыгрались на писателях. С треском завалили музыку и кинематограф. Под смех и аплодисменты бросили это дело. Остановили бой ввиду явного преимущества. Нашей команде от спонсоров вручили конверт с денежными знаками. Руководитель группы сразу в микрофон пообещал:
— На выигранную сумму российская делегация устроит ответный банкет.
— По нашим старинным обычаям, пропьем вместе, — разъяснил со сцены Виктор.
— Мы вас всех приглашаем! О дате и времени будет объявлено дополнительно!
— Ура-а-а!
— А сейчас — танцы!
В разгар вечеринки Виктор подсел к какой-то барышне. Она долго гипнотизировала его своими изумрудными глазами. Кожаная юбка, высокие каблуки, блузка с глубоким вырезом. Нервные пальцы то и дело щелкали зажигалкой. Русский ей нравился. Виктор улыбнулся и поздоровался. Как всегда, запаса слов хватило ненадолго.
— Меня зовут Виктор. Сколько вам лет?
— Джессика, — девушка смело протянула Виктору руку. — Мне восемнадцать. Я совершеннолетняя, — с вызовом произнесла она и снова заглянула Виктору в глаза. — Уже можно…
— Что она сказала, Лена? Переведи.
— Она сказала, что ей восемнадцать.
— А еще? Она сказала еще что-то.
Зазвучала музыка. Джессика поднялась. Опустила руки Виктору на плечи. Они танцевали молча. В конце музыкального такта я слышал, как она повторила: «Мне восемнадцать. Уже можно все».
— Она опять сказала еще что-то. Серж, ты слышал?
Лена подошла ко мне и шепнула:
— Не хватало нам скандала. Останови Шлейкина.
— Как?
Парочка не расставалась. Она держала его за талию. Он не отпускал ее руку. Глаза Шлейкина искрились:
— Переведите, что она хочет.
Чтобы не привлекать лишнего внимания, отошли к дальнему столику. Джессика прижалась к Виктору. Склонила голову ему на плечо. Начала объяснять нам с Леной, что она уже взрослый, самостоятельный человек. Русский ей очень нравится. Она хочет уйти. Не может ли Виктор проводить ее.
— Переводите же, — торопил Шлейкин.
— Она сказала, что еще недостаточно взрослая. Ей пора уходить, — медленно и внятно перевела Лена. — Восемнадцать считается в Америке юным возрастом.
— Ага. Типа наших малолеток. Ничего. Восемнадцать не шестнадцать, — оживился Виктор.
— Она не может долго задерживаться. Ей пора уходить.
— А про меня что она сказала?
— Ничего.
— Она произнесла «Виктор».
— Сказала, что в общем ты ей понравился.
— Спросите. — Виктор начал помогать себе жестами. — Могу я ее проводить? Мы могли бы интересно пообщаться.
— О чем ты с ней будешь говорить? — не выдержал я. — И на каком языке? Короче, не приставай к ребенку.
— Не мешай, Серж. Чую, здесь наклевывается. Ленка, переведи.
— Виктор, сожалеет, что не может Вас проводить домой. У него важная беседа, — перевела Лена.
— Жаль, — сказала девушка. Посмотрела на Виктора загадочно и томно. — У меня никого нет дома. Родители уехали. Виктор мог бы провести остаток вечера у меня.
Читать дальше