Бернард Вербер - Дыхание богов

Мы переглядываемся, ошеломленные чудовищной клеветой.

Прометей еще не закончил:

– Поговорим о вашей пище! Ваш хлеб – из кислого теста, ваш сыр – из кислого молока, ваше вино – перебродивший виноградный сок. И даже кислое вино вы окисляете, чтобы получить уксус. Не говоря уж о шампиньонах, которые вы выращиваете на конском навозе. «Больше гнили!» – вот ваш девиз, да? Отвечайте! А ведь вы еще и гордитесь этим. Ваша дипломатия тоже насквозь прогнила. Если не ошибаюсь, президент, который был у вас в 1970-х, занял денег у иранского шаха, после чего предоставил убежище его противнику и помог ему устроить революцию. И все это чтобы не возвращать долг.

Нам здесь все видно. Мы знаем о ваших маленьких грязных соглашениях с террористами. Знаем о концессиях, которые вы предоставляете диктаторам на торговлю самолетами и поездами. Да, французы таковы. А человечество, созданное вами, сделает мир еще более испорченным!

Мы в шоке. Никто не может ничего ответить.

– Довольно. Пора навести порядок. Приберите на планете и уступите место курсу номер 19, итальянцам. В их истории было несколько славных моментов. Даже тираны у них были интересные. Цезарь, Борджиа, Дуче – это было грандиозно! Подходите, все сюда, будем чистить Авгиевы конюшни. Полагаю, Кронос вам уже показывал, как это делается: растопим ледники, устроим потоп, потом расстреляем выживших.

Мы покорно подходим к нему, чтобы разрушить «Землю-18». Значит, вот как все просто. Мой народ, терпящий поражение на всех фронтах, окажется в конце концов не лучше и не хуже других.

– Внимание, по моей команде! Пять, четыре… к стрельбе готовы?

Наши анкхи направлены на ледниковые шапки. Мы знаем: как только льды растают, океаны выйдут из берегов и затопят сушу. Будет потоп. Материки исчезнут, океан покроет всю поверхность «Земли-18». Потом вода замерзнет. Потом планета вновь станет плодородной. Так гибнут человечества-черновики.

– Готовы? – снова спрашивает Прометей.

Мы держим указательные пальцы на кнопках анкхов.

– Внимание. Три. Два… Один…

Мы ждем команды «огонь».

Тянется время ожидания. Наконец Младший преподаватель командует:

– Огонь!

Никто не стреляет.

– Я сказал: огонь! Сейчас же. Давайте же, стреляйте! – повторяет он.

Никто не шевельнулся. Прометей хмурит брови, нависает над нами. Мы ждем, что он впадет в ярость, но выражение его лица постепенно меняется, и он разражается громким смехом.

– Понимаю! Я и забыл, что имею дело с французами! Ваш девиз – пусть все сгниет. Нанести последний удар – подвиг, на который вы просто не способны, правда?

Мы не знаем, как реагировать на новую вспышку беспричинной злобы.

– Тряпки! Фальшивые божки!

Честно говоря, он начинает меня раздражать. Если бы он не был настолько выше меня, я бы сказал, что думаю о его отношении к Франции. Я не знал историю про иранского шаха, но Франция сделала немало хорошего для всего мира. Мне так кажется. Я подумаю об этом в другой раз.

Прометей достает анкх и поворачивает колесико, регулирующее частоту выстрелов.

– Ладно, раз уж приходится делать самому… Когда-то я подарил людям огонь. Теперь я снова сделаю это, но в более концентрированной форме. Отличный огонь, который уничтожит плесень.

Он целится в ледник на полюсе «Земли-18», держа палец на кнопке.

– Нет!

Мы оборачиваемся.

– Кто-то что-то сказал? – спрашивает Прометей, не убирая палец с кнопки.

– Да, я!

– Мадемуазель Мата Хари? Надо же. Что вы хотите?

– Этот мир не должен погибнуть.

– Кстати, надо не забыть напомнить, чтобы после итальянцев объявили набор голландцев. Обожаю фламандскую живопись. Голландцы славные ребята, курят косяки и в сексе свободнее, чем романские народы.

Мата Хари напряжена, но не сдается.

Прометей в упор разглядывает нас. Выражение его лица снова меняется.

– Если хотя бы одна живая душа выступает против решения властей, этого достаточно, чтобы все изменить, – соглашается он. – Займите свои места.

Нам нужно некоторое время, чтобы прийти в себя.

– Меня зовут Прометей, – говорит Младший преподаватель. – Я здесь, чтобы рассказать вам о Бунте. Поэтому я устроил маленькую провокацию, чтобы заставить вас взбунтоваться и почувствовать, как гнев завладевает всем вашим существом.

Мы ничего не понимаем, но занимаем свои места.

– Мы будем говорить именно о гневе. Но, как вы видели, почитание властей накрепко вбито в ваши головы. Нужно время, чтобы слетели предохранители. Вас сломали ваши родители, преподаватели, начальники. Послушание для вас вполне естественно.