Патрик Несс - Больше, чем это

С испуганным взвизгом девчонка выпускает футболку и ныряет в укрытие.

И вот это на него наконец действует. Ее страх.

Сет бежит вслед за ней в полуразрушенный дом.

Внутри так темно, что Сет, вбежавший с яркого солнца, на секунду слепнет.

— Быстрее!

Девчонка увлекает его за собой через низкую стенку в крохотный альков, где из-за пацана с велосипедами стало еще теснее. Сет успевает удивиться, как он сам не додумался добыть велик.

— Это же глупо, — говорит он вслух. — Нас увидят…

— Подумает, что мы уехали обратно, — говорит девчонка. — Если повезет.

— А если не повезет?

Она поднимает палец к губам, приказывая замолчать.

Теперь Сет тоже слышит.

Шум мотора. Почти рядом.

— Едет… — скулит мелкий.

Пацан и девчонка вжимаются в стену крошечного алькова, который едва вмещает всех троих, да еще с велосипедами. Сбившись кучкой, они тяжело дышат, обливаясь потом, и стараются не шевелиться.

Грузовик останавливается снаружи. Слышен звук открывающейся дверцы.

Сета задевает рука — это пацан тянется к девчонке. Она берет его ладонь в свою и крепко сжимает.

Все замирают затаив дыхание.

Пепел скрипит под тяжелыми шагами. Один человек, догадывается Сет по звуку. Одна пара ног.

И тут из полумрака проступает фигура.

Немыслимо (в этом-то пекле), но она с головы до ног затянута в черный синтетический облегающий комбинезон типа гидрокостюма. Лицо скрывается под гладким шлемом — если не считать выступов для носа и подбородка, это сплошной обтекаемый полированный металл.

Как гроб на чердаке.

Справа доносится едва слышный шелест. Пацан в полутьме, крепко зажмурившись, отчаянно шевелит губами, словно молится.

Фигура в комбинезоне останавливается почти напротив, боком к ним. Стоит ей только повернуться в нужную сторону, слегка нагнуться и присмотреться…

Она проходит мимо, исчезая из виду. Сет слышит, как выдыхает рядом девчонка, но тут же снова замирает, потому что фигура возвращается. И опять останавливается, разглядывая следы в пепле, которые наверняка ведут прямо в их укрытие. В руке у фигуры зловещая черная дубинка — грозное, устрашающее оружие.

Фигура — Водитель, как его назвал пацан, — навевает ужас. У нее человеческий облик, но что-то в черноте ее облачения, в том, как она держится…

«Что-то в ней нечеловеческое», — думает Сет.

Безжалостное — вот что. Неумолимое. Она тебя запросто убьет, как сказала девчонка, не дав даже шанса ее разжалобить, и ты вообще не поймешь, почему умираешь.

Фигура делает шаг к алькову.

Сет чувствует, как напрягается прижатая к нему в темноте рука пацана, еще сильнее стискивая руку девчонки…

Но тут Водитель останавливается. Замерев на секунду, он отходит назад и быстро исчезает из виду. Слышно, как хлопает дверца кабины, ревет мотор, и грузовик уезжает.

— Слава богу… — шепчет пацан.

Выждав еще немного, чтобы наверняка, они выбираются из укрытия. Пацан и девчонка стоят в косых лучах солнца, пацан слегка мнется, у девчонки вид вызывающий.

— Вы кто? — спрашивает Сет. — И что это была за фигня?

Они уставляются на него. Потом пацан, задрожав подбородком, заливается слезами. Девчонка закатывает глаза, но все же распахивает руки, и мелкий вешается ей на шею, рыдая.

— Кто вы? — еще раз спрашивает Сет, не сводя с них глаз. — Что тут происходит?

— Он у нас чувствительный, — поясняет девчонка, прижимая пацана к себе. — Может, поляки все такие.

— Я не о том.

— Понимаю, что не о том. — Она отпускает пацана, подбородок у которого еще дрожит. — Ну, все, Томми, все уже.

— Порядок? — спрашивает пацан.

— Да какой уж тут порядок.

Она явно англичанка, под усталыми глазами мешки, одежда — такая же смесь новых-только-что-с-вешалки вещей и вымазанных в пепле, как и у самого Сета. Девчонка довольно высокая, выше, чем он, волосы туго стянуты на затылке заколкой. Пацан же до смешного щуплый. И на голове у него практически такое же воронье гнездо, как обычно у Оуэна. Сердце на секунду неожиданно больно сжимается при воспоминании о брате.

— Меня зовут Реджина, — представляется девчонка. — А это Томаш.

Оба смотрят на Сета выжидающе.

— Сет, — произносит он. — Сет Уэринг.

— Американец? — удивляется Реджина. — Надо же!

— Откуда ты знаешь? — недоуменно моргает Томаш.

— По акценту.

Томаш смущенно улыбается:

— Я еще не различаю. Для меня все одинаково.

— Я родился в Англии, — уточняет Сет, снова начиная теряться в догадках. — Здесь. Хотя черт его знает, что это «здесь» такое.