Михаил Тарковский - Тойота-Креста

– Что ты со мной делаешь? Не говори ничего… Ты всё правильно чувствуешь… Я же бешусь, бросаюсь на тебя… Потому что я… Потому что у меня всё… У меня… были мужчины… Потому что дико, когда к человеку прикоснуться не можешь… А здесь всё родное… Я… не могу… потому что… потому что всё… потому что… ты только сейчас мой…

– Ты мне что-нибудь расскажешь? На ночь… Про что-нибудь хорошее…

– Про наш фильм…

– Да… Как он ехал…

– Он ехал… Но там, чтоб он доехал, должна ещё какая-нибудь особенность… быть… у героя.

– Откуда ты знаешь? – говорила она расслабленно…

– Я знаю…

– И какая у него особенность? – шептала она всё тише.

– Рука… хм… да, так. Неужели я сегодня буду спать… Я так люблю засыпать… с тобой… и что?

– И у главного героя такая особенность, что он может спать, только когда рядом кто-то живой. Когда кто-то ходит, шумит, гремит посудой…

– Я тоже так люблю… Когда ты ходишь, гремишь посудой… когда что-то делаешь… по хозяйству…

– И эта особенность с годами усиливается… и он почти не спит, а утром всегда в дорогу. Правда, у него полно родных и друзей в разных городах, но все считают его… огромной свиньёй. Даже мать говорит, что двух слов не сказал со мной, приехал и захрапел… в три дырочки…

– Она так и сказала «в три дырочки»?

– Так и сказала. И ему пришлось учиться спать, потому что нельзя не спать перед дорогой. И он стал запускать собаку с щенками… Они обегали весь дом, топали, а потом засыпали, ну конечно, сначала излизавшись, исчесавшись… и он засыпал жадно и благодарно, а под утро начинал просыпаться, терять свой сон, уходящий, как туман, полями, клочьями… А он всё старался не отпустить, хоть как-то продлить… короткий отдых… А собаки всё понимали по смене его дыхания и начинали стучать хвостами, зевать, чесаться. И он таился, а они знали, что он не спит, и лезли… носами, лапами… стучали хвостами… По тумбочке…

– Хм… А какие у них были носы? – бессильно спрашивала Маша.

– Такие суховатые и тёплые…

– А мокрые были?

– И холодные… Были. У некоторых…

– Хорошо… А как он ещё спал?

– Сейчас расскажу… Дома он бывал редко… А в пути мог поспать только где-нибудь в лесу или на берегу… Он хорошо засыпал, когда деревья шумели, знаешь, как в кедринах шумит ветер? Так густо, мощно… Но они шумели не всегда, и он научился их слышать, когда они просто стояли, без ветра. Но вода и деревья были не везде, и однажды ночь поймала его в каменистом месте. Стояла полная тишина, но он так настроил слух, что услышал и камни. И едва он услышал камни, зазвучало всё – и земля, и небо, и звёзды… и он смог спать при них, как сначала спал при собаках.

– А ты спал… при собаках?

– Я спал при собаках.

– Ты меня научишь?

– Научу… Ещё у него была женщина, при которой бы он очень хотел заснуть…

– А у тебя была такая женщина? До меня…

– До тебя я и так мог… заснуть… Ну вот, появляется женщина, и ему удаётся поспать при ней так крепко и счастливо, как не спал никогда в жизни… Она была очень капризная, и они часто ссорились… Один раз она так обиделась, что ушла… и он чуть не погиб, потому что больше не смог спать при собаках, деревьях и звёздах. Потому что у этой женщины было очень сильное… усыпляющее свойство… и она ему сбила все настройки… Он оглох и ослеп. Он потерял и её, и все деревья с собаками.

И тогда… он её догнал и принял такой, какая есть… и она кивала, улыбалась, словно всё поняла. А потом принеслась к нему со своими пакетами, и лицо у неё было такое холодное, раздражённое…

– Это была я?

– Это была не ты. Но если ты захочешь, то ты сможешь её сыграть. В нашем фильме…

– Я не захочу…

– И она что-то говорила и всё с таким, знаешь… прó… визгом, да… А он ждал, пока прогонит сквозь неё всю эту непогодь. Пока она вычистится… как белка…

– Почему как белка?

– Ну это про мех… так говорят. Когда перелиняет белка в зимний мех или ещё кто-нибудь пушной, говорят, что она вычистилась. И она вычистилась и легла под одеяло, потому что тоже устала, а он пошёл мыться в баню. Он очень любил баню, но сейчас торопился. Когда он пришёл, оказалось, что она спит. Он не огорчился и осторожно лёг рядом, собираясь по обыкновению заснуть… жадно и даже как-то плотоядно… и вдруг испытал совсем новое чувство. Он увидел, услышал, как приблизились-подошли деревья, собаки и звёзды, и понял, что сам поразительно не хочет спать. А хочет бодрствовать, слушать, думать… Потому что все они – приняли его к себе… взяли в братья, под свой кров… За его любовь… и терпение. И одарили силой. Тебе понравилось?