Ирина Потанина - Неразгаданная

— Быстро ты с собой справилась, — насмешливо, но как-то тепло, по-доброму произнес невысокий, светловолосый мужчина. Рита явно смутилась.

— О чем ты? Я просто задумалась, ты не так меня понял, я…

— Верю, — все, еще улыбаясь, оборвал собеседник. Он смотрел ей прямо в глаза, и на секунду девочка почти материально ощутила тепло, излучаемое его взглядом. Потом он отвернулся, и замахал рукой, явно ищущему кого-то в толпе мужчине, которого Рита видела впервые.

— Андрюха, держи курс правее! — крикнул он. Мужчина подошел, широко улыбаясь, и громко заговорил.

— Слушай, ну ты прямо турбо профешенал, я только отвернулся, а тебя и след простыл. Был Вовка, и вдруг на тебе. — исчез. Как тебе это удается?

— Это Андрей, наш технический директор, — шепнул Володя Рите, игнорируя вопрос друга.

— Риорита Морская, — девочка робко протянула незнакомцу руку.

— Та самая? — изумленно выпятив глаза, спросил Андрей. Владимир утвердительно кивнул, — вот уж не думал, что Вы так молоды. Очень рад, Андрей, — несмотря на пафосную вежливость слов, рукопожатие было крепким, абсолютно приятельским, без малейшего намека на официальность, и должностные разделения. Рита умела читать рукопожатия, и была ужасно удивлена такому отношению со стороны Андрея. После прежней работы, где существовала строжайшая система иерархии, девочке казалось невозможным, чтобы два директора, которые к тому же лет на — надцать ее старше, могут вот так вот, на равных общаться с ней. На секунду Рита даже забыла о своей роли, но опомнилась и, снова по-детски захлопав ресницами, удивленно произнесла:

— А откуда Вы вообще обо мне знаете? — Рита пыталась казаться как можно глупее, поэтому и задала этот вопрос. Конечно же, директора знают имена своих будущих сотрудников, для этого у них есть специальные списки, где напротив каждой фамилии стоит пометка о важности данного индивидуума. Иногда директора берут карандаш и зачеркивают имена, ничем хорошим для зачеркнутого это, как правило, не кончается. Обо всех этих тонкостях девочка уже знала, но с новой работы никто не должен был догадаться о том, что раньше Рита где-то уже работала. Здесь нужны были люди — чистые листы, в которые можно закладывать все, что тебе заблагорассудиться, девочка почувствовала это еще на собеседовании и теперь собиралась полностью отвечать данному требованию. Рита вообще хотела казаться ребенком. Это была ее защитная пленка.

— А мне вот этот, где он там, рассказал, — Андрей ткнул пальцем в Вовку.

Рита подняла глаза на Владимира, пытаясь придать своему лицу выражение благодарности.

— Спасибо.

Мужчины засмеялись, без издевки. Весело и открыто.

— Я никак не мог не рассказать, мы ведь все теперь одна команда.

Сердце девочки забилось чаще от этих слов.

— Так, это все хорошо, — затараторил Андрей, — Но куда мы, собственно, едем? Мы ведь так и не решили! Вовка, решай ты, а то я никак не могу сообразить.

— Соображалка засорилась, да? — Вовка смеялся.

— Да ты что, столько событий за один день, свихнуться можно…

На протяжении всего их диалога Рита поочередно переводила взгляд с одного на другого, стараясь выглядеть, как можно заинтересованней, губы ее машинально улыбались, в голове же крутились мысли совсем не радостные. Рита отвыкла от нормальных людей… Ужасно отвыкла от разговоров, не таящих в себе двойного дна. И вот перед ней живые представители, нормальной, человеческой жизни, они сейчас определятся куда пойти, и уйдут, уйдут унося с собой легкость и веселье… Рита же вернется в свое обычное состояние и обреченность одиночества снова погонит ее бродить по ночным Харьковским улицам, заглядывая в чужие светящиеся окна, которые почему-то ассоциировались у девочки с навсегда недостижимыми для неё уютом, теплом и равновесием.

— Итак, принимаю генеральское решение, — торжественно проговорил Вовка, — мы все едем ко мне, — на секунду его глаза встретились с Ритиными и он обжегся об мелькнувшую в них обиду.

— Ты не хочешь ехать? — Владимир как-то растерялся…

— А ты имел в виду и меня, я не думала, — Рита действительно была поражена. Люди едва знают ее, и тем не менее решаются пригласить в гости… Ее — чужого человека, возможно злого и скучного, решаются ввести в свой светлый храм, в свою крепость, в свой круг. Но, может быть, девочка что-то не понимает? Может, это приглашение совсем другого характера? И вдруг Риту осенило. Это просто вежливость, подтолкнула их пригласить ее с собой. Это же чувство должно отразиться сейчас на лице девочки, она должна, просто обязана вежливо отказаться. Рита растянула губы в одной из самых извиняющихся своих улыбок.