Антоний Амурский - Путь

Свят сжал губы, проклиная Адьоса.

Хотелось курить. Вот уже третий час без перерыва Марио усердно копировал лекции к себе в тетрадь. Он вышел в коридор, чтобы спросить сигарету.

— Хей, Хей, Марио, чувак, здарова! — ему повстречались два персонажа в тельняшках и со стаканами пива.

Марио хлопнул их по ладоням.

— Что за праздник? — в полоборота с улыбкой спросил он.

Была пятница и ответ был очевиден.

— А у Сереги День Рождения! Иди, поздравь его! — сказал первый и пошел дальше по коридору.

Общежитие была секционного типа. Она состояла их двух блоков, в переходе между которыми находилось своеобразное фойе — пространство квадратной формы размерами восемь на восемь метров, которое здесь именовали не иначе как «квадрат». На нем часто устраивались всенародные общажные гуляния и игрища.

Марио слышал, как со стороны «квадрата» доносится нехилый гул. На этаже обретался по-летнему свободно разодетый народ. Один парень тянул другого за пятку, пытаясь отобрать его у трех девчонок. Двое комментировали происходящее с бурными овациями. Марио учтиво кивнул им и ступил в пространство «квадрата».

На «квадрате» творилось нечто невообразимое.

Сразу в нос ударил острый запах горького пива, перегара и специфический давящий запах обильного скопления людей. На квадрате находилось около тридцати человек разнообразных студентов. Вся эта масса народу непрестанно пульсировала, периодически закатываясь смехом и предпринимая новые попытки залить в глотки побольше пива. В углу у окна стоял стол с характерными студенческими закусками, стаканами и кружками. Над столом примерно такой же по ширине стоял толстяк, который наливал всем желающим водку и закатисто и утробно хохотал при каждом удобном случае, потрясая своими щеками.

Под столом стояло несколько упаковок пива, бутылки водки и вина были составлены как кегли. Народ то смыкал свои ряды вокруг стола, то оттягивался в стороны, дабы что-то обсудить. Вся эта масса беспрерывно галдела, улюлюкала и верещала, творя при каждом удобном случае новые приколы и сумасбродство. Моментами по всем волной прокатывался дикий гогот и бесшабашный выплеск эмоций. На Марио никто не обратил внимания.

В противоположном углу у окна стояли старые знакомые первокурсники, которые давеча покупали им с Адьосом пиво. Марио приблизился к ним.

— У Сереги День Рождения — констатировал Длинный.

— В курсе — Марио пожал им руки, — ребят, сигарету дайте.

Ему протянули пачку дешевых сигарет. Марио прикурил от подожженной зажигалки.

— Свят, слыхал, Эдик разбился — спросил Длинный, убирая зажигалку, — вышел на трассу пиво затягивать и упал.

— Об этом вся общага сейчас говорит — подхватил Очкарик.

— Говорят, из-за девчонки — вторил Пухлый.

— Да ну, ты че! — зло посмотрел на него Длинный, — там все дело в пиве было. Они с Саней бухали, тот, который Хромой. Хотя Саня говорит, он ему звонил как на трассу шел, тот еще в магазине был… Он вроде веселый был. А потом Саня приходит, а там… Эди… — Длинный сделал пару глотков.

— Да, слыхал, пацаны. «Синька» все… — Свят выпустил струю дыма в потолок.

Со стороны противоположного окна раздался новый приступ смеха. Там происходило какое-то новое месиво, связанное с разливом умопомрачительных напитков.

— Свят, пиво будешь? Темное! — предложил Пухлый.

Марио стоял в задумчивости. С одной стороны недавний сон произвел на него неизгладимое впечатление. С другой стороны выпить привычно хотелось в свете грядущих выходных. Внутри разгорелась нешуточная борьба.

— Свят, пятница же! — улыбнулся Длинный, — надо выпить!

«Пятница» служила весомым аргументом, и Свят сдался.

Он смотрел, как пена вливается в стакан. Как жидкость булькает и пенится. Марио почувствовал легкий дискомфорт.

— Надо выпить! — с напыщенным видом протянул стакан Длинный.

Сделав первый глоток, он почувствовал, как грани округляются, тело становится ватным, а картинка не такой четкой.

— Надо помянуть. Давайте за Эдика — сказал Длинный.

Они немного отпили. Свят поддержал их.

— Так вот, собрал я тот буфер короче — продолжал недорассказанную историю Пухлый, — долго все подключал-проверял. Вставил в розетку. Дай, думаю, надо музон включить, проверить. Баса добавил, врубил! Мощный буфер получился, ребята! — Пухлый довольно заулыбался, — такой мощный, что в дверь стучали-стучали, а я и не слышал. Оборачиваюсь — а в комнате уже «коменда» с «кастеллой»! Так вот на том я буфер и послушал! Хе-хе! — он засмеялся так, как умеют только тучные люди.