Самсон Агаджанян - Опаленные крылья любви

— Именно так решаются все земные проблемы.

— Нет, Юра, — твердо сказала она, — этого ты никогда не дождешься.

— Тогда тебе тоже не на что надеяться.

— Я не знала, что ты такой негодяй.

— Мы оба одного поля ягодки.

— Глубоко заблуждаешься. Я не такая дрянь, как ты.

— Порядочная замужняя женщина ночами не будет вешаться на шею мужчине.

Она с ненавистью посмотрела ему в глаза. Тот, удовлетворенный тем, что нанес ей удар по больному месту, ехидно улыбнулся. Наташа не долго думая, со всего размаха врезала ему пощечину. Хлопок был настолько громкий, что группа молодых парней и девушек, стоящих неподалеку, повернулась к ним.

— Это тебе за то, что я, дура, когда-то поверила в твою любовь.

Она повернулась и пошла. По дороге с яростью провела ладонью по губам, словно пыталась стереть из памяти прикосновение его отвратительных губ.

Дома Наташа почувствовала тошноту и сильную боль в животе. «Только не это!» — со страхом подумала она и с трудом дотянулась к телефонному аппарату. Минут через десять приехала «скорая». Врач, молодая женщина, осмотрев ее, спросила:

— Вы беременны?

— Да, — тихо ответила Наташа и от боли до крови прикусила губу.

Боли были невыносимые. Она изо всех сил старалась сдержать себя, чтобы не закричать. В руках врача появился шприц. Укол — и Наташа провалилась в черную бездну…

Придя в сознание, она увидела над собой белоснежный потолок и стеклянную трехрожковую люстру. «Странно, — подумала она, — откуда взялась эта люстра?» До нее стали доходить приглушенные голоса. Кто-то рядом тихо говорил, а в ответ ему смеялись. Повернув голову, Наташа увидела двух молодых девушек с довольно большими животами, стоящих возле окна. Она поняла, что находится в роддоме, Со страхом коснулась рукой своего живота. Все было на месте. Она с облегчением вздохнула и, прикрыв глаза, стала вспоминать, что с ней случилось и почему она очутилась на больничной койке. Но в голове стоял шум, а память словно исчезла.

Открылась дверь в палату, вошла женщина в белом халате, видимо, врач, и сразу подсела к Наташе.

— Как вы себя чувствуете?

— Спасибо, хорошо.

— Ничего вас не тревожит?

— Немного побаливает живот.

— Вы, вероятно, хотите сохранить ребенка?

— Да, больше всего на свете.

— Тогда мы должны вас тщательно обследовать, а предварительно надо встать у нас на учет. Обслуживание у нас платное. Как у вас с деньгами?

— Проблем нет. И долго это будет длиться?

— Думаю, за неделю мы управимся.

— Нет, я так долго не могу. У меня времени в обрез. Мне нужно вернуться к мужу в Ташкент. — Наташа знала, что если Умар раньше нее вернется домой, то начнет волноваться, а этого ей не хотелось. Кроме того, надо было попасть еще на прием к Грачеву.

— Я не могу столько времени лежать у вас. Если можно, постарайтесь управиться за два-три дня.

— Наталья Дмитриевна, вы, наверное, еще не осознали, что такое беременность в вашем возрасте?

Наташа улыбнулась.

— Не волнуйтесь за меня, доктор, все будет хорошо. Вы можете уже определить, кто у меня родится — мальчик или девочка?

— Проблем нет. У нас хорошее японское оборудование… Так к какому выводу мы пришли?

— Три дня и не больше.

— Может, с мужем поговорите? Я могу вам принести мобильный телефон.

— Его сейчас дома нет, он на учениях.

— Он у вас военный?

— Да.

— А когда он должен домой вернуться?

— К концу недели.

— К тому времени мы успеем вас обследовать.

— Нет, у меня мало времени. Если сможете управиться за три дня, я согласна, а если нет, то сегодня же уйду.

— Вы меня просто удивляете. Мне кажется, что вы не до конца осознали свое положение.

— Я достаточно хорошо знаю себя и думаю, что для беспокойства оснований нет.

— Хорошо, пусть будет по-вашему. Постараемся уложиться в эти дни.

В течение трех дней группа врачей провела тщательное обследование. Вывод был обнадеживающий: в утробе матери мальчик и нет никаких серьезных отклонений. Наташа несказанно обрадовалась. Ей не терпелось скорее сообщить об этом Умару и, улыбнувшись, она представила счастливые его глаза.

Выписавшись из больницы, Наташа поехала домой, переоделась и сразу же направилась в министерство обороны. В приемной желающих попасть к Грачеву было много и только к вечеру подошла ее очередь, очередь, чтобы только записаться к министру на прием… Лысоватый полковник, молча выслушав ее, записал ее данные, выписал пропуск. Грачев должен принять ее к концу месяца. Это означало, что надо ждать еще десять дней.