Паук дернул лапкой.
Демпси отшатнулся назад и выхватил пистолет, но паук больше не шевелился.
Нервы, подумал Демпси.
Внезапно почувствовав страшную слабость, он потер лоб рукой, пытаясь собраться с силами.
Глаза паука резко открылись.
Два тонких лучика ослепительного желтого света метнулись в сторону Демпси, и в страхе он рефлекторно нажал на курок. Пуля пробила дыру в штукатурке, а паук засеменил прочь по паутине, которая затягивала все стены и потолок, сливаясь с сетью тонких трещин. Он еще два раза спустил курок и услышал выстрелы в соседнем здании. Пинеро стрелял вместе с ним. Паук нашел убежище в углу под потолком. Хотя Демпси не хотел спускать глаз с мерзкого существа, он подкрался к окну и выглянул наружу.
Никого.
Он снова перевел взгляд на паука.
Потолок потемнел и провис, словно сырой волосяной матрас. Несколько мгновений Демпси не мог понять, что это. И только посмотрев прямо наверх, понял, что тело паука разрослось до чудовищных размеров и заслоняет всю побеленную плоскость потолка. Уродливой формы голова находилась над ним; глаза горели; челюсти разомкнулись в злобном ворчании, обнажая тусклые сероватые зубы и один золотой; толстый блестящий язык лежал за зубами, похожий на кусок розового мяса. Демпси упал на спину и выпустил в паука всю обойму; мерзкая тварь исчезла в мгновение ока, как исчезает изображение с экрана телевизора.
С бешено колотящимся сердцем Демпси попытался собрать разрозненные впечатления. Он хотел отбросить видение паука как плод воображения, но в таком случае и все остальное следовало признать за иллюзию, а самое главное, сейчас следовало понять, что означала эта иллюзия. Был ли у нее смысл? Лицо существа, пусть и страшно деформированное, имело сходство с лицом Лары. Золотой зуб… Демпси точно помнил, что у Лары стоял золотой зуб, но если это был Лара, что дальше? Это просто обман, сказал он себе. Дурацкий обман, призванный выбить его из колеи. Он несколько успокоился.
Сосредоточься на фактах, сказал он себе.
Он был уверен, что слышал выстрелы Пинеро, когда сам палил из пистолета; знал, что выпустил всю обойму в потолок, – однако на потолке не было ни следа, словно пули пробили паука, а потом исчезли вместе с ним.
Черт!
Демпси сел и похлопал себя по карманам.
Запасной обоймы нет.
В этом он тоже был уверен. Отчаяние охватило душу. Ну и что теперь делать, черт побери? Может, у Пинеро тоже кончились патроны? Конечно, полагаться на эта не стоит. Но ведь, Пинеро мог стрелять в своего паука.
Демпси поднялся на ноги и подошел к рисунку на стене. Паук и паутина исчезли, но изображения зданий остались. Тонкие темные линии наброска напомнили ему о видении коридора, заменившем реальность у него перед глазами в мужском туалете «Голливуд Лаунж», и о белизне, в свою очередь пришедшей на смену видению коридора. В страхе он резко развернулся кругом, ожидая увидеть в дверях Пинеро.
Но, как и паук, дверь исчезла.
И противоположная стена комнаты тоже.
Теперь там висела белая пелена тумана. При виде нее Демпси, за последние несколько дней навидавшийся всякой белизны, представил, где он мог предположительно находиться. В океане белой жидкости в глазу божества, на самом кончике странной веретенообразной конструкции своего собственного глаза. Демпси подождал, когда белизна нахлынет на него, обступит со всех сторон, но ничего не произошло, и тогда он понял, что ему остается лишь выпрыгнуть в окно, понял, что Сара Пичардо в церкви, скорее всего, ошиблась. Все, что он знал о Пинеро, и все, что Пинеро знал о нем, не решало исход поединка. Их натравливали друг на друга. После происшествия в «Голливуд Лаунж» у него уже ехала крыша, а потом он встретил Марину. Черт, да! Марина. Она окончательно заморочила ему голову. Вся история с ней была спланирована. Конечно, это детали одного плана. Альтернативный Нью-Йорк, восставший из мертвых Лара, люди-деревья. Однако Демпси не мог поверить, что все от начала до конца было чистой галлюцинацией, а если не все, значит – пусть даже ими манипулировали, – история с черным солнцем могла быть реальна. Возможно, раз божество дремлет в нем, а не бодрствует, на человеческую составляющую его существа требовалось оказывать скрытое влияние, чтобы побудить к действиям. Он ясно сознавал несуразность подобных рассуждений, но, несуразные или нет, они увязывались с логикой ситуации.
– Билли!
Демпси подошел к окну. Пинеро стоял посередине улицы, глядя на него с широкой ухмылкой. Он был в джинсах и черной рубашке с длинными рукавами, не заправленной в штаны. В руках у него ничего не было.
Читать дальше