Наталия Костина - Только ты

Катя снова засмеялась, представив, как они будут объезжать магазинчики «вторых рук» на роскошном Наташкином авто и что будет, если, нагруженные покупками, они вдруг наткнутся на Антона Борисовича. Однако женщина – она все равно женщина… Еще с тех самых пор, как в раю ей запретили лакомиться яблоками, ей только их и хотелось. Так что вперед – за запретными плодами… и, может быть, им попадется что-нибудь в так полюбившемся Натальей стиле бохо.

– Три дня назад мы выпустили этого Зозулю, а уже сегодня с утра получили труп и новое послание, – прибывший из столицы важняк Нахапетов обвел всех присутствующих на экстренном совещании суровым взором. – Читайте, читайте… – Он двинул на середину стола стопку ксерокопий.

Вы не скучали без меня, мои дорогие? Наверняка скучали! Не томитесь понапрасну, не лейте слезы – я вернулся, я снова с вами! Как легко оказалось вас обмануть! Однако из всего нужно извлекать уроки, и вы многому меня научили. Теперь я буду хитрее и осмотрительнее. Я не дам чувствам захватить себя. Хотя так трудно удержаться и отказать себе в этом маленьком, пускай и не совсем невинном удовольствии. Вы все тоже не святые и любите доставлять себе всевозможные радости жизни, так отчего же мне быть исключением? Сидя в вашем вонючем узилище, бок о бок со всякими отбросами общества, я мечтал о дне, когда покину его, и вот этот день настал. Я вышел, и я ничего не потерял и остался победителем. Теперь я отпраздную свой триумф. Отпраздную так, как мне хочется. Как же трудно сдерживаться, особенно когда на свете существуют вещи, доставляющие ни с чем не сравнимое блаженство. Эйфорию. Чувство полета. И еще – я изголодался. Многого я не попрошу: я просто не буду отказывать себе в небольшом наслаждении. Совсем небольшом. И я очень надеюсь, что вы мне больше не помешаете. Вы играете в свои игры, а я – в свои. По моим собственным правилам, которые мало чем отличаются от ваших. Тем более странно, что вас они почему-то так возмущают. И вы вводите на поле нашей игры все новых и новых игроков – и лишь я продолжаю играть в одиночестве! Это нельзя назвать честным. Кроме того, смею дать вам совет: пораскиньте наконец мозгами, господа! Стоит ли суетиться из-за пары сломанных игрушек, которым даже в рыночный день грош цена? Уразумейте в конце концов, что эти дешевые потаскушки, из-за которых вы лишились сна и покоя, рождаются тысячами каждый день! Так стоят ли они вообще ваших титанических усилий? Десятки, сотни тысяч, миллионы бесполезных, никчемных, не годных ни на что большее, кроме как доставлять минутное удовольствие, созданий бродят без всякой иной цели по этой перенаселенной планете. Будь моя воля, я истреблял бы их не по одной, а сколько бы смог – каждый день, каждую минуту. Но тогда мое высшее наслаждение станет просто работой. Тупой, рутинной, утомительной службой, не оставляющей времени на отдых.

И последнее: возможно, когда-нибудь вы поймаете меня, мои тупоголовые коллеги. Но вы получите свое маленькое удовлетворение всего один раз – а вот я получаю его каждый день. Когда я не выхожу из дома, я рассматриваю снимки своих белокурых девочек – о, у меня, как у каждого уважающего себя свободного художника, уже образовалась целая галерея этих порочных созданий. И каждый новый портрет добавляет свой штрих в общее полотно. Картина мира, нарисованная этими красками, становится все совершеннее и совершеннее. Возможно, когда она покажется мне законченной, я прекращу свой тяжелый труд. Но не советую вам сегодня на это надеяться. Засим остаюсь, ваш покорный (или непокорный, нужное подчеркнуть) слуга.

P. S. Я не прощаюсь.

– Человек в своем уме не станет писать такие письма, – Лысенко отодвинул от себя листок с таким видом, будто тот был пропитан ядом.

– Думаешь, мы не показывали этот бред психиатру? – мрачно спросила Сорокина. – И Зозулю возили на освидетельствование. Его признали полностью вменяемым, если ты помнишь.

– Нельзя было его отпускать! – Нахапетов покачал головой и бросил осуждающий взгляд в сторону Сорокиной. – Это было огромной ошибкой! Не понимаю, Маргарита Павловна, почему я с вами согласился и пошел, так сказать, у вас на поводу. Просто затмение какое-то нашло! Вы умеете настоять на своем! И каков теперь результат? Я лично ожидал чего-то такого… Но вы! Вы с пеной у рта настаивали на невиновности этого типа – и получили свое! Однако теперь я, так сказать, умываю руки. И пишу рапорт наверх. Так что расхлебывать эту кашу придется именно вам!