Дин Кунц - Эшли Белл

По пути она остановилась у супермаркета и купила тайленол с повышенным содержанием лечащих веществ, аспирин, мотрин и большой тюбик не содержащего ароматизаторов обезболивающего крема. Возможно, она и так напичкана разными лекарствами, но в любом случае за одну ночь с ее печенью ничего плохого не произойдет. Храбрые девочки не жалуются, получая физические травмы, однако неуязвимыми их никто не назовет. Ей было неприятно признавать, что все ее тело болит и онемело после той передряги, в которую она попала, но самообман не свидетельствует о твердости духа. Бинты… пластырь… йод… Большой, для всей семьи, пакет с арахисовой пастой в молочном шоколаде от «Риза». Учитывая, что она и так может умереть в любую минуту, риск уйти в мир иной из-за диабета или артериосклероза ужасно мал.

Биби купила также пинту водки. В номере ее мотеля не было мини-бара, подобного тому, о котором она рассказывала матери, когда врала, что остановилась в «Бест вестерне».

В Лагуна-Бич она оставила «хонду» за два квартала от мотеля. Кроме купленной раньше электронной карты и игры «Словодел», Биби несла в пакете из книжного магазина три новых книжных сборника, а еще то, что она приобрела в супермаркете. Девушка вернулась в свой номер, остановившись по дороге только с намерением купить в автомате кока-колу.

Хотя Биби не умела пить, она с нетерпением ожидала нескольких порций водки с кока-колой. Это укрепит ее в противостоянии тому, что может поджидать впереди. С другой стороны, девушка подозревала, что в ближайшие часы ей представятся неплохие шансы узнать, где сейчас находится Эшли Белл. Тогда понадобятся ясная голова и быстрые ноги.

Биби сняла с себя блейзер, смешала кока-колу и водку во взятом в номере стакане, выдавила две таблетки тайленола и уселась за небольшой столик сравнивать новые книги О’Коннор, Уайлдера и Лондона со старыми в поисках ранее вырезанных ножом частей страниц. Она множество раз перечитывали строки, которые вы́резала, сожгла и забыла, но это не особо прояснило ситуацию. Строки, или части этих строк, или вариации на тему этих строк были произнесены ей Чабом Коем на третьем этаже в викторианском прибежище доктора Сейнт-Круа, однако больше она ничего не помнила… Либо она забыла, в каком точно контексте их слышала, либо трюк с памятью, которому обучилась у Капитана, так просто обойти было невозможно…

Отложив книги в сторону, Биби занялась костяшками, испещренными буквами, из игры «Словодел», которую она недавно купила. Серебряной мисочки у нее не было, но это как раз ничего. Биби не горела желанием впутывать себя в гадание. Она много раз слышала, как люди говорят, что игры с доской уиджа [74]могут быть опасными. Когда люди задают вопросы и получают на них ответы, эти ответы зачастую идут не от самой доски, а из мира духов, от сущности, которая не обязательно благосклонно расположена к вам. Даже если она преднамеренно вас не обманет и не собьет с толку своими ответами, вы открываете дверь и со временем можете пожалеть о том, что установили контакт с мертвыми, прóклятыми или еще с чем-то похуже. У Биби были серфинг, книги и мальчики. Доска уиджа ее просто не интересовала. Она особо не верила в то, что злобные сущности толпятся где-то у выходов из Иномирья в ожидании того, что ничего плохого не подозревающие, невежественные людишки откроют перед ними мистические врата. Но если предположить, что все это правда, словоделомантия не менее опасна, чем доска уиджа. К тому же Биби не собиралась протыкать иглой большой палец, особенно если учесть, что вопрос о месте пребывания Эшли, как подозревала девушка, был задан Калидой Баттерфляй незадолго до того, как гадалку убили.

Кто-то легонько стукнул в дверь ее номера. Три едва слышных стука.

Какого хрена? Выхватив пистолет, Биби вскочила на ноги и замерла.

Стук не возобновился, и тогда девушка подошла к двери и заглянула через глазок на искаженный мир, и без того неясно видимый в тумане. Над ее дверью у входа светилась лампочка. В ее свете не было видно ни Смерти, ни кого-либо еще, стоящего на пороге в тумане. Она осталась у глазка на случай, если ее неуловимый гость вернется, чтобы вновь постучать. Прошла одна минута… другая, но ее терпение не вознаградилось.

Девушка подумала о том, чтобы подойти к одному из окон и отодвинуть в сторону светонепроницаемую штору. Плохая идея. Если она себя выдаст, то станет легкой мишенью.