Дин Кунц - Эшли Белл

Они подошли к «хонде». Никто на них не набросился, когда Биби отперла дверцы автомобиля. Люди усаживались в свои машины или выбирались из них. Другие медленно ехали по автостоянке в поисках свободных мест. Ни у кого, кажется, не было по отношению к ней никаких преступных намерений.

Обеих Гермион, похоже, больше заинтересовала старая серая «хонда», чем стоящие по бокам ее «феррари» и «мазерати». Возможно, в мире роскошных тачек «хонда» казалась какой-то экзотикой. Светловолосая Гермиона уселась сзади, темноволосая, все еще не утратившая энтузиазма в связи с происходящим, забралась на пассажирское место спереди. Она еще надеялась побаловать себя духом приключений.

Когда Биби сдала назад, блондинка с заднего сиденья попросила:

– Лучше не надо высаживать нас на Ньюпорт-Центер-драйв. Сможете отвезти нас на Коуст-хайвей и высадить там?

– Конечно, смогу. На какой стороне?

– На западной. Если вы едете на юг, то вам будет по пути.

– Я отвезу вас, куда захотите.

Когда Биби выехала задним ходом из ряда, никто не стал их таранить, ни одна пуля не разбила автомобильное стекло.

– Если вы сделаете остановку на пересечении Коуст-хайвей и Поппи-авеню, то мы сможем пешком добраться до моего дома, – предложила блондинка.

– Хорошо.

Они доехали до конца проезда между рядами машин. Огромный черный внедорожник не выскочил перед ними, преграждая «хонде» путь.

Они проехали мимо ресторана, возле которого один из бритоголовых быков и один из жиголо эпохи немого кинематографа стояли рядом и о чем-то беседовали. Прилизанный худой как раз вытаскивал из уха наушник своего телефона. Бык бросил взгляд на «хонду», но ни малейшей заинтересованности не проявил.

Сидящая спереди брюнетка спросила:

– А что они с вами сделают, если поймают?

– Убьют.

Еще несколько минут назад молоденькие девушки пришли бы в восторг от подобного откровения, несколько минут назад, но не сейчас.

– Что вы сделали? – спросила брюнетка.

– Ничего.

– Серьезно?

– Да, вполне. Послушайте! Лучше, если вы ничего не будете знать. Я очень вам благодарна за помощь и никогда об этом не забуду.

У блондинки имелся еще один вопрос:

– А вам есть куда бежать?

– Из любой ситуации есть выход, – сказала Биби. – Не волнуйтесь за меня.

Туман, прежде отступивший, вновь ринулся на штурм в эти последние часы дневного света. Без сомнения, туман собирался вторгнуться на несколько миль вглубь суши и встать на ночь лагерем. Они еще не доехали до Коуст-хайвей, как перед ними возникла белая стена. Море находилось в полумиле – четверти отсюда. Медленно наступающее туманное цунами накрыло «хонду». Свет головных фар автомобиля пронзал белесую дымку подобно золотистым кои [70].

Машина сделала поворот к югу. Они в полном молчании преодолели оставшуюся часть пути. Биби свернула направо и остановила «хонду» в нескольких шагах от Поппи-авеню. Брюнетка, распахнув дверцу, выбралась наружу. Развернувшись, она нагнулась и заглянула в салон автомобиля.

– Всего хорошего, Джо.

Пятьсот долларов упали на пассажирское сиденье.

– Э нет, дорогуша! – запротестовала Биби. – Ты их честно заработала.

– Вам нужнее, – возразила девушка. – Я же не в бегах.

Затем место у дверцы заняла блондинка.

– Крепко обнимаю, Джо. Не позволяй гадостным выгребным паукам взять над тобой верх, – сказала она.

Девушка положила свои пятьсот баксов поверх денег подруги и захлопнула дверцу.

Игривые и шумные, еще не научившиеся двигаться грациозно, девчонки зашагали на юг, чуть-чуть склонившись друг к дружке, делясь, судя по всему, своими мыслями. Расцветка их одежды и очертания фигур блекли и расплывались по мере того, как они приближались к источнику тумана. Даже когда они повернули на Поппи-авеню, Биби могла их видеть: на углу улицы вместо застройки располагалась стоянка ресторана «Пять корон». Обе Гермионы обернулись и помахали Биби ручками. Они вряд ли могли ее видеть, но она помахала в ответ.

Учитывая, как мало они были знакомы, девушку несколько удивила та глубина привязанности, которую она испытывала к Гермионам. Привязанность эта еще более окрепла сейчас, когда девичьи фигуры таяли в густом тумане. Возможно, ее привлекла в них странная смесь храбрости и беззащитности, всезнайства и наивности.

Стоило новым подругам скрыться из виду, в голове Биби пронеслось: «Вот идут две мертвые девушки».

Мрачное чувство, внезапно ее охватившее, удивило Биби. Она выпрямилась, сидя за рулем «хонды». Ее встревожила мысль, что эти пять слов могут оказаться пророческими и девочки, не дойдя до дома, попадут в лапы неумолимой смерти. Девушка попыталась открыть дверцу со стороны проезжей части и выйти, но в уши ударил автомобильный гудок. Резкий звук вывел ее из мистического самогипноза, и Биби сидела несколько минут, стараясь привести собственные мысли в порядок. Она не провидица и не цыганка, которая видит грядущее в хрустальном шаре. Она на пять минут вперед не в состоянии предугадать собственное будущее, не говоря уже о будущем других.