Дин Кунц - Эшли Белл

Девушки отрицательно замотали своими головками.

– Во времена, когда не было водопровода, а туалеты еще не устанавливались в домах, люди копали выгребные ямы, а вместо унитазов были деревянные сиденья с выпиленными отверстиями. Пауки любили устраивать себе гнезда и выводить там свое потомство.

– Гадость, – сказала брюнетка.

– Но прикольно, – добавила блондинка.

В голове Биби созрел план.

– Как вас зовут?

Хорошо отрепетированным движением брюнетка показала рукой на блондинку и представила ее:

– Гермиона.

Блондинка, проделав то же самое, сказала:

– Гермиона.

– Две Гермионы?

– Наши мамы в свое время были теми еще поклонницами, – сообщила брюнетка.

Биби не поняла, тогда блондинка развила мысль подруги:

– Когда слава Гарри Поттера гремела вовсю, наши мамы были старшеклассницами со вкусами девочек из средней школы. Они до сих пор не переросли Поттера. Гермиона Грейнджер – его друг по циклу.

– Мы прочли все книги цикла, – сообщила темноволосая Гермиона. – Это наш дочерний долг.

– Все равно что если бы тебе приставили к виску пистолет, – заявила светловолосая Гермиона. – Прочти или умри. Но они ничего себе в общем.

– Послушайте, – сказала Биби. – Мне нужна ваша помощь. Я куплю книги, – она положила три выбранных ею томика на предназначенный для удобства посетителей стул, расстегнула молнию на сумке и полезла внутрь, – а потом мы все вместе пойдем к моей машине. Они высматривают одинокую женщину, – Биби протянула пятьсот долларов из денег доктора Сейнт-Круа одной из Гермион. – Женщина с двумя дочерями-подростками их внимание не привлечет.

Она протянула пятьсот долларов другой Гермионе, которая, прищурив глаза, покусывала губу с таким видом, словно подумывала о том, не попросить ли больше денег, но протянутые банкноты все же взяла.

– Вы слишком молоды для нашей мамы.

– Ну, тогда я стану вашей сестрой, той, у кого нет камней в почках.

В бейсбольной кепке и солнцезащитных очках, с Гермионами по бокам, Биби вышла из «Атриум корт» на свежий воздух. Она шла неторопливо, словно прогуливалась. Голова высоко поднята, а не опущена, чтобы никто не подумал, будто она может что-то скрывать. В двадцати футах впереди, сжимая в ладони большой бумажный стаканчик кофе «Старбакс», стоял верзила с наушником гарнитуры «свободные руки», висящим на одном ухе. Он всеми силами старался походить на терпеливого мужа, убивающего время в ожидании запоздавшей жены.

– Выгребной паук, – зашептала светловолосая Гермиона, а затем продолжила экзальтированным голосом тринадцатилетней девочки: – А я тебе говорю: мальчикóвая группа должна состоять из мальчиков, а не престарелых дяденек, у которых такие патлы отросли, что уши закрывают.

Другая Гермиона встала на защиту своих идолов:

– Группа только недавно воссоединилась и отправилась в турне. Им не может быть снова девятнадцать.

– Джо! – обратилась к Биби светловолосая Гермиона.

Прежде они решили использовать имя наиболее полюбившейся им из сестер в «Маленьких женщинах» [68]. Теперь ее мнимую сестру называли Джозефиной. Роман Луизы Мэй Олкотт был немного старомодным, однако очень милым. Нельзя было удержаться от того, чтобы его не полюбить. А еще ты выплакивала ведра слез, целую Ниагару, над его страницами. Все это Биби узнала, стоя вместе с молоденькими девушками в очереди перед кассой.

– Джо, Джо, Джозефина… Понимаете? У Мег гормоны пожилой леди. Она сохнет по каким-то старым чудакам…

– Они были симпатягами и симпатягами остались, – сказала Биби, когда троица проходила мимо мужика с кофе «Старбакс». – Им же только по тридцать.

– Нет, мне подавай мальчиков в мальчикóвой группе. Слушай, давай перед отъездом заскочим куда-нибудь и поедим бенье [69]с эспрессо.

– Обожаю бенье, – поддакнула вторая Гермиона.

Они прошли мимо большого пруда с декоративными карпами кои. Вокруг него собрались люди. Зеваки любовались плавными движениями ярко расцвеченных красавцев, изящно шевелящих своими плавниками и медленно скользящих в водной глади.

– Мы обе обожаем бенье и эспрессо. А ты, Джо? Я знаю, ты тоже любишь бенье.

Мужчина с наушником гарнитуры «свободные руки» сидел на скамейке возле пруда. На рыб внимание он не обращал, зато сверлил глазами проходивших по главной дорожке людей.

– Если я накормлю вас бенье за три часа до обеда, мама с меня живьем кожу спустит, – заявила Биби.