Лотти Могач - Поцелуй меня первым

Я просто капитулировал перед всем этим, выбрав путь наименьшего сопротивления. Да, это противоречит твоим убеждениям. Tы презираешь таких, как я. Так что я сильно рискую, рассказывая об этом, поскольку меньше всего хочу, чтобы ты плохо думала обо мне.

Не то чтобы я все время страдал. Я часто считал, что жизнь удалась. Особенно когда родились Майя и Бен. Они замечательные, правда, я бы хотел вас познакомить. Ради них я из кожи вон лез, но мы с Кристиной постепенно отдалялись друг от друга, пока не стали совсем чужими. Я приходил с работы, и мне хотелось с кем-то поговорить, поделиться обрывками мыслей, пересказать все то, что так или иначе меня зацепило. Но только не с женой. Она не догоняет. Ей нет дела до всего неоднозначного или малопонятного. Она не любопытна. Она видит мир в черно-белом цвете и не обращает внимания на полутона. В конечном счете я осознал: нет ничего важнее, чем настоящее взаимопонимание с близким по духу человеком. Иначе к чему все остальное?

Так что я ушел. Это было не сиюминутное решение. Я мучился месяцами, не в силах сделать выбор. Ходил к психоаналитику. Говорил по душам с друзьями. Все пытались меня разубедить. Но я должен был уйти, чтобы окончательно не сойти с ума.

Нельзя сказать, что все это из-за тебя. Да, мы с тобой давно не общались, но я часто вспоминал тебя и твои принципы. Наверное, только это и дало мне силы. Я не знал – и не знаю – никого, кроме тебя, кто осмелился бы жить по собственным правилам.

P.S. Ты наверняка не захочешь на это ответить. Пожалуйста, не отвечай. Я ничего от тебя не жду. Мне просто хотелось, чтобы ты знала».

На следующий день снова посыпались легкомысленные, ничего не значащие однострочные сообщения, будто ничего не произошло. Вечером Коннор попросил прислать ему фотографию. На мое приглашение посмотреть фотоальбом на «Фейсбуке» и добавить меня в друзья он, к удивлению, ответил, что «не догоняет» социальные сети.

«“Фейсбук” туфта. Старая добрая электронная почта рулит».

Я отправила фотографию, как он и просил.

«Черт меня дери, – был ответ, – ты стала еще шикарней, чем была девять лет назад. Как тебе это удается?»

Мне не терпелось узнать, как выглядит сам Коннор, однако он не добавлял меня в друзья. Тогда я еще раз просмотрела результаты поиска на «Фейсбуке»: вдруг Коннор завел себе профиль, хотя и «не догоняет», зачем он нужен. Среди десятков «Конноров Девинов», проживающих в Лондоне, отыскать нужный профиль – если он вообще зарегистрирован – не представлялось возможным. Ему могла принадлежать одна из пустых страниц – таких я насчитала несколько – или та, где на фотографии лица не разобрать.

Очевидно, что не следовало спрашивать, какой именно профиль принадлежит ему: ведь могло оказаться, что в профиле есть фотография. Добавить в друзья всех Конноров Девинов сразу – рискованно: если запрос примут несколько пользователей, то список друзей будет выглядеть подозрительно.

Я попросила его прислать свою фотографию: «Меня ты уже видел, теперь твоя очередь». Через полчаса пришло письмо с вложением.

С фотографии смотрел мужчина, снятый крупным планом в каком-то парке. На нем были солнечные очки и шарф, повязанный петлей вокруг шеи: полагаю, была весна или осень, яркое солнце при низкой температуре. Темноволосый, коротко стриженный, с оттопыренными ушами и небольшим хохолком, как у персонажа из известного мультфильма – не могу вспомнить, как его звали, а интернета нет, так что уточнить негде. Густые брови и обильная щетина. Коннор улыбался в камеру, но за солнечными очками глаз не было видно. Если он ровесник Тессы, ему сейчас почти сорок.

Мне нелегко говорить о Конноре беспристрастно, не оглядываясь на прошлое и не позволяя эмоциям взять верх, но я постараюсь. Прочтя его откровенное письмо, я, помнится, очень удивилась: оказывается, близкие отношения могут быть важны для одного человека и ничего не значить для другого. Коннор утверждал, что ни с кем не был так счастлив, как с Тессой, а для самой Тессы эти отношения ничего не значили. Я неоднократно просила ее рассказать мне обо всех своих связях, пусть даже мимолетных и незначительных, однако о Конноре она ни разу не вспомнила. Вряд ли Тесса по какой-то причине решила о нем умолчать: ей было все равно, какого я о ней мнения, и неприглядные моменты из своей жизни она не скрывала. Похоже, она напрочь забыла о Конноре.

В одной из наших бесед по скайпу она заявила: «Знаешь, как бывает: проведешь с кем-то ночь и потом вспоминаешь о нем всю жизнь. А с другим встречаешься чуть ли не полгода – и как будто ничего и не было. Разбежались – и все. Странно, правда?»