Лотти Могач - Поцелуй меня первым

А еще Коннор задавал непредсказуемые вопросы. Чтобы удовлетворить его любопытство, приходилось копаться в самых разнообразных воспоминаниях Тессы. Ему хотелось знать, по-прежнему ли она считает, что поп-группу Aha незаслуженно обошли вниманием, и удалось ли Шоне в конце концов попасть в Нью-Йорк. Мог дать ссылку на дурацкий видеоролик или прислать незаконченный анекдот, к которому просил сочинить последнюю фразу. Никто не писал Тессе так часто, как Коннор, и бо́льшую часть времени я думала только о том, что ему ответить на этот раз.

Вначале я пыталась игнорировать его вопросы и выспрашивала то, что мне было нужно. Поначалу он отшучивался и уклонялся от ответа. К примеру, я как-то спросила, чем он занимается. Он прислал маловразумительное замечание: «Как всегда, борюсь с мерзавцами, за что мне, как всегда, много платят». После нескольких бесплодных попыток я решила рискнуть и попросила его перестать дурачиться.

«Ну фсе , чувак… – Тесса зачастую намеренно писала « фсе » вместо «все». – …говори прямо. Мы с тобой триста лет не виделись. Как жизнь, что нового? Выкладывай». Возможно, между ними не было принято выражаться напрямик, но ведь с тех пор прошло столько лет, что теперь мне – Тессе – это будет простительно.

Идея сработала. Следующее письмо, составленное по-прежнему шутливо, содержало много полезной информации. Коннор работал в большой адвокатской конторе в Темпле, а жил в Кенсал-Райз. Был женат, но развелся в прошлом году. У него двое детей, пятилетний Бен и двухлетняя Майя, над которыми они с бывшей женой, Кристиной, установили совместную опеку. Он не сказал, когда именно они поженились, но выходило, что вместе они прожили не более семи лет, даже если он встретил ее сразу после того, как расстался с Тессой.

После этого короткого, насыщенного фактами сообщения он прислал еще одно, в 23:30 по Лондону, с заголовком «Продолжение»:

«Тебе хочется знать, почему я появился после стольких лет. Я расскажу. Знаешь, никогда в жизни я не был счастлив так, как с тобой. Не смейся; да, мы не очень-то долго протянули вместе. Но те несколько месяцев были путевкой в другую жизнь, в ту жизнь, которую я себе выдумал, будучи еще подростком, – дерзкую, рискованную, безрассудную, в которой нет ничего невозможного. Тебя ничто не связывало. Мы с тобой говорили о самом важном, о самом главном. Ты вдохновляла меня. Убедила серьезно заняться фотографией, показала, что можно жить в полную силу и не искать компромиссов.

Я не пытаюсь вызвать у тебя чувство вины, просто хочу откровенно во всем признаться. С тобой хочется говорить откровенно. Когда ты ушла, я чуть с ума не сошел. Как же я о тебе убивался! Не подавал виду, уговаривал себя, что мы не пара, ведь “мы не делаем друг друга лучше”. Ну и дурацкую же причину ты выдумала, скажу тебе. Но ты вправду делала меня “лучше”. Именно тогда я осознал, что ты дала мне шанс на ту, другую, жизнь, а я его упустил – уж не знаю как именно. С тех пор все для меня превратилось в компромисс.

С Кристиной мы познакомились где-то через месяц после того, как ты ушла, на вечеринке, которую Деннис устроил специально для меня, чтобы я взбодрился и перестал по тебе страдать. Мои друзья – хорошие, милые люди, но страшные зануды. Юристы. Кристина им под стать: приятная, милая, скучная и вполне довольная своим статус-кво. Без каких-либо сверхъестественных запросов. Вот я и совершил ошибку: то ли мне захотелось покоя, то ли я возомнил, что тебе этим отомщу (хотя тебе было бы до лампочки). В общем, я решил: ну и пусть. Я сдамся. Остепенюсь. Может, все правы, а я – нет, и счастье действительно в спокойной размеренной жизни. Супружеские пары, вступившие в брак по договоренности, счастливы более остальных, и т. д., и т. п.

Мы с невероятной легкостью поддаемся стереотипам. Как только перевалит за тридцать, тебя несет течением в направлении брака, детей, вместительного автомобиля для всей семьи. Особенно если ты – мужчина. Мы с Кристиной стали встречаться, у нас вошло в привычку гулять вдоль южного берега Темзы, ходить в гости, захватив бутылку австралийского шираза, снимать на выходные рыбацкий коттедж в Уитстабл по двести фунтов за сутки. На вечеринках ее друзья отводили меня в сторонку и озабоченно шептали, что у меня должны быть серьезные намерения, и что не следует играть чувствами женщины, если ей за тридцать, и что она такая заботливая и наверняка будет хорошей матерью. Потом мы съездили в Глостер, я познакомился с ее чопорными родителями. В доверительной беседе Кристина призналась, что в юности страдала то ли от булимии, то ли от анорексии… Ску-ко-та. Неожиданно пролетел год, вроде как надо съезжаться. Мы так и сделали. Затем беготня по магазинам стильного домашнего декора, выбор сервиза и прочее. Обеды с друзьями по воскресеньям, предсказуемые убеждения, вычитанные в «Гардиан». Мельничка для специй от Джейми Оливера…