Таня Валько - Арабская принцесса

Сейчас он подает пиво, а проживающие с ним парни суетятся, принося еду.

– Вы что думаете, что это все утихнет само собой и будет, как раньше, словно ничего не случилось? – мучит их Хамид, потому что у него есть жизненный опыт, он знает, такие скандалы не утихают сразу. – Или у парня, который оказался в тюрьме, нет семьи, братьев, друзей, которые захотят за него отомстить? Знаете, у христиан тоже в их святой книге написано: подобным за подобное, отплатить той же монетой: «око за око, зуб за зуб».

– Серьезно? Не думал!

Джамиль перестал разливать шурпу и внимательно смотрит гостю в глаза.

– Думаете, что они мстительны так же, как и мы, арабы? Что-то невероятное!

– Куда там! – возражает Башир. – Христиане этого уже вообще не придерживаются. Здесь современный мир.

– Конечно, этого не придерживаются люди высокого ранга, образованные и просвещенные, – поясняет Хамид. – Но примитивные и отсталые могут захотеть вендетты. Именно с такими вы и имели дело, с ними связались.

– Вы нас не запугивайте! – парни по-прежнему в хорошем настроении. – Завтра нас здесь не будет, а там, где мы будем жить, есть охрана и даже мышь незамеченной не проскочит.

Все очень проголодались, ведь с момента прихода Хамида прошло уже почти два часа. Юноши уплетают с аппетитом, с удовольствием отрывая куски хлеба или, что еще лучше, курицы. Что типично для арабов, самые вкусные куски кладут на тарелку гостя и поминутно подкладывают ему хумус или салат из баклажанов. Мужчина медленно пережевывает, больше размышляя, чем жуя. Одним ухом он слушает забавные анекдоты и рассказы из жизни студентов и об обычаях в Польше. Все истории очень интересны и видно, что студенты чрезвычайно довольны пребыванием здесь. Ему приходит в голову гениальная идея. «Может, взять их на эту ночь в отель? Они там будут в безопасности. Пусть все бросят, а завтра вместе приедем за их багажом, – планирует он. – Дорота не должна обидеться за один день задержки, когда я ей расскажу о столь трудной ситуации».

Вдруг стрекотню парней и размышления Хамида прерывает стук, доносящийся с балкона, а через минуту со звоном вылетает выбитое стекло, которое разлетается по маленькой комнате.

Собеседники подхватываются, так как в комнату вваливаются двое молодых мускулистых, бритых наголо мужчин. Руки сплошь в татуировках, лица в многочисленных шрамах, в глазах – ненависть и дикость.

– Какая милая семейная атмосфера! – выкрикивает один бандит. – Арабы за обедом!

Он вульгарно смеется во все горло, показывая при этом дырки в зубах.

– Один сидит себе дома, а другой в жопе!

При этих словах он хватает самого маленького и худого Башира за горло и толкает на софу. Парень летит, как мячик, падает на подушки и сильно бьется головой о стену.

– I don’t understand you , – шепчет он. – Speak English.

Просит он глупо, чем вызывает только дальнейшие раскаты смеха.

– Кто из вас Джек-Потрошитель, который покушается на чужих девушек? – более спокойным голосом спрашивает второй.

– Этот!

Грозный бандит смотрит на помятую фотографию, вытянутую из штанов и показывает пальцем на Абдаллу.

– Этот сукин сын мой!

– Men ! Господа!

Хамид пробует вмешаться, но его отпихивают, и он опасно ударяется спиной о стеклянную этажерку. Стекло и находящиеся на ней битые рюмки звенят, как колокола в костеле.

– Ты тот арабский петух с обрезанным членом? – палач, не ожидая ответа, бьет худого невысокого парня в грудь так, что саудовец оказывается на кухне.

Хамид делает шаг вперед.

Башир уже пришел в себя и останавливает его.

– Прошу вас, не вмешивайтесь! Нам они только немного посчитают кости, но я помню, чем вы занимались и откуда вы знаете моего отца, поэтому я прошу не вмешиваться. Мы не хотим здесь трупов.

Говоря это, он выразительно смотрит земляку в глаза.

– Сматывайтесь отсюда, лучше через балкон. Он открыт, – шутя, он осторожно подталкивает гостя в спину.

– Как же я вас могу оставить?

– Я очень прошу! – парень смотрит с мольбой.

– Проваливай, старичок, тут ничего для тебя нет, – второй хулиган не так агрессивен и пришел, наверное, за компанию. Сейчас он безразлично машет рукой Хамиду, а Джамилю и Баширу показывает на место у стола. Сам удобно усаживается и, ни о чем не беспокоясь, кладет остатки курицы себе в рот, проталкивая их большим куском хлеба.

Тем временем из кухни слышен сильный грохот и звук разбитого стекла. Абдалла кричит, как раненый зверь. Все присутствующие в комнате бросаются туда.