Таня Валько - Арабская принцесса

– Ой! Невероятно! Allachu akbar ! – по арабскому обычаю девушки живо реагируют, то хлопая от счастья в ладоши, то хватаясь за голову, то закрывая глаза, то целуя кончики пальцев и прикладывая их потом к сердцу.

– Да! Это действительно чудесно! – наполовину полька признает это со слезами на глазах. – Но идиллия не длилась чересчур долго. У нас обеих страшно сложная жизнь. Или мы ее сами себе усложняем. Сначала в 2011-м мы отправились в сентиментальное путешествие во время арабской весны, когда я потеряла практически всю мою ближайшую ливийскую родню.

– Miskina [87]! – сидящая рядом девушка гладит Марысю по спине и кладет ей голову на плечо, а другие касаются ее рук, ног и волос, выказывая таким образом сочувствие.

– Мой муж также участвовал в революции, доставляя партизанам оружие и деньги, и наконец вытащил меня и мою маму из этого ада. Плодом этих бурных событий является наша десятимесячная доченька Надя. Хамид бен Ладен, инженер-архитектор, никогда не подкладывал никаких взрывных устройств, только если у него было задание подорвать старое здание, на месте которого будут строить новое.

– Извини, я была в бешенстве, – поясняет Сафиха, крепко сжимая руку подруги.

– Вот это история! – выходит из тени преподавательница.

Все девушки застывают при виде педагога на частной вечеринке и удивленно смотрят на хозяйку с вопросом в глазах.

– Это и есть моя мама, Маха бинт Бакр.

Дорота, чувствуя кожей и замечая зорким глазом матери, что в маленькой семье бен Ладенов происходит что-то плохое, приглашает дочь и зятя на праздничный обед в пятницу. Марыся не смеет сопротивляться, слыша в голосе матери напор и решительность. Хамид же очень рад встрече.

– Не будем брать для Нади няньку? – удивляется молодая мама, потому что уже привыкла к удобному материнству в Саудовской Аравии, где в богатых семьях детей de facto женщина только рожает, а воспитанием занимается азиатская прислуга.

Хамид бесится.

– Вскоре наша дочь будет тебя знать только по фотографиям. И будет кричать, при виде тебя, словно перед ней кто-то чужой, – критикует он поведение жены.

– А ты что, лучше? – отбивает атаку Марыся. – Целыми днями тебя нет дома!

– Да, но когда я возвращаюсь, то всегда хотя бы немного с ней играю, – сообщает гордо мужчина.

– Что-то не видела.

– Потому что ты или таскаешься с подругами-студентками, или сидишь взаперти в своей норе.

– Прекрасно ты меня аттестуешь и все сваливаешь на мою работу. Основное – это понимание близких, – она поворачивается и мчится к машине.

– Во всем нужно знать меру! – кричит муж. – Ты не только студентка, но и жена и мать.

Супруги в полном молчании едут более получаса до поселка «Техас», где живет семья Марыси. Все уже ждут их на пороге, но, видя выражение злобы на лицах гостей, никто не упрекает их в том, что они опоздали. Хамид вынимает улыбающуюся Надю из креслица, а та сразу хнычет и протягивает руки к бабушке, с которой в последнее время проводит больше времени, чем с собственной матерью.

– Ну ты и похудела! – Дарья смотрит исподлобья на старшую сестру.

Марыся объясняет, тяжело вздыхая:

– У меня страшно много работы. Наверное, эта учеба мне не под силу, – искренне признается она. – Я взялась не за свое дело.

– Не болтай! – младшая сестра уже не улыбается, она берет Марысю под руку. – Ты просто должна придерживаться правила золотой середины, чтоб не сойти с ума. Нужно найти время на отдых, связь с семьей… и младшей сестрой тоже, – все же упрекает она студентку под конец.

– Дарья, черт возьми! По крайней мере ты бы меня не попрекала!

Хамид не понимает беседы, которая происходит на польском, но, конечно, догадывается, о чем речь. У всех претензии к его жене по единственному поводу – Марыся отставила семью в сторону и почти вычеркнула из своей жизни.

– Девочки! Успокойтесь! – Дорота смотрит строго то на одну, то на другую. – Мы должны хорошо провести время! Слышите?!

– Мы давно этого не делали в полном семейном кругу…

Лукаш прикусывает язык, потому что снова делает замечание.

– Садимся уже, а то есть хочется! – с очаровательной улыбкой на лице он подгоняет детвору к столу. – Адаш, руки мыл? Дарья, подхвати чем-нибудь волосы, они тебе в рот лезут. Хамид, держи пиво. Удалось заполучить настоящее. Ну, скорее, скорее!

Хозяин всех уговаривает, и никто и не думает ссориться или вспоминать обиды.

– Ну, объедение! – Хамид оглядывает стол.