Катрин Пулэн - Лили и море

— Это — детство, — говорю я Джейсону.

Сегодня мы повели «Млечный Путь» до большого порта. Мы его закрепили у стенки, в том месте, где ремонтируют днище при отливе. Когда вода совсем уходит, мы начинаем соскабливать водоросли и моллюски с корпуса судна, потом покрываем его краской-необрастайкой. Мы барахтались в тине. Чайки кружились в небе, а облака снова плыли в сторону открытого моря. Морской прилив, вода быстро поднялась. Все плясало и продвигалось на лету, в золотых всплесках. И мы, мы были оранжевыми и черными от антифоулинга, наши волосы — липкие от краски и тины. Проходящий по доку Мэрфи помахал нам рукой.

— Есть новости от Джуда? — прокричал он.

Я подняла голову и ударилась о решетку. Плюхнувшись в тину, я не могла быстро подняться, я смеялась.

— Все в порядке! — сказала я, когда перевела дыхание. — Он по-прежнему в Анкоридже, и я собираюсь к нему присоединиться на Гавайских островах, как только у меня будут деньги!

Птицы пролетели над головой Мэрфи темным силуэтом гигантского подсолнечника, прижатого к небу. Солнце покрыло мои веки золотыми пятнами. Море прибыло уже до икр. Пора подниматься на борт.

Мы ожидаем воду, чтобы снова отправиться в путь. Джейсон показал мне стеклянный поплавок, подвешенный над его койкой:

— Он очень старинный, возможно, прошлого века. Может быть, с войны, я даже не знаю… Он из Японии. Прошли десятки лет, когда он плавал по волнам, прежде чем я его нашел.

— Мы найдем другие, когда пойдем рыбачить… На пляжах бухты Уганик и по всей длине западного берега, в Роки-пойнт, Карлук, Иколик.

— Ой, — мечтательно говорю я, трогая шар, окрашенный в синий цвет. Он имеет неправильную форму, весь покрыт вкраплениями — пузырьками воздуха, попавшими внутрь стекла в процессе выдувания. — Как бы я хотела быть поплавком.

«Обними меня, прижмись ко мне крепко». Человек с опустошенным плоским лицом, который всегда держится между сквером и общественными сортирами, останавливает меня, цепляется за меня. Изо всех сил я сжимаю его в своих руках.

— Спасибо, — говорит он и идет своей дорогой.

Я встречаю Мэрфи. Он выходит из «Макдоналдса», держа гамбургер в руке.

— Ты еще работаешь?

— М-да, Мэрфи, мы уходим ловить крабов в конце месяца.

— Ты много работаешь, Лили, действуй как я, возьми отпуск. Приходи пожить в шельтер, каждый вечер у тебя будет солдатский котелок, душ и свое спальное место. Возьми отпуск, прими душ, надень наконец платье, и пойдем напьемся в бар!

Я смеюсь.

— Все-таки мой шкипер меня ждет, и не надо, чтобы я тусовалась не пойми где.

Как только Мэрфи меня видит, он начинает кричать:

— Так, что это такое? Напьешься ли ты наконец или нет?

И я кричу ему в ответ через всю улицу и доки:

— Нет еще!

«Млечный Путь» уже перекрашен. Джейсон ожидает свои клетки для ловли крабов, которые все еще не доставили. «Мятежный» снова отправился в путь. Я устроилась на «Веселую Джун». Я шла, праздно шатаясь, с верфи «Тагура», пробегая между клетками, недалеко от парка Баранов. Иногда я засыпала под кустом, устраивалась на ночь под большим кедром или за гигантской тсугой. Меня всегда будило настойчивое и хриплое каркание, вороны окружали меня. Я дрессировала их, приучая есть с руки, но оказалось, что они не любят попкорн. Тогда я поднималась и возвращалась на пристань, где сидела и смотрела на уходящие вдаль корабли. Великий мореплаватель был по-прежнему в Анкоридже у Элайджа и Эллисон, в красивом доме с ковром из красной шерсти. Я звонила ему каждый вечер из офиса порта.

Строгий голос по телефону:

— Ты одна спишь?

Я хохочу.

— Конечно!

Он мне верил только наполовину.

— Хм, должно быть, все молодые кобели порта вьются вокруг тебя.

— Возможно, я пойду ловить крабов с Джейсоном.

— Кто это?

— Парень из «Вентурос», который ищет матроса.

— Ты ходишь в бар?

— Не часто. Я предпочитаю есть мороженое в «Макдоналдсе».

— Ты приедешь ко мне на Гавайские острова?

— Приветик!

Автомобильная сирена за моей спиной. Я считаю свои последние су, сидя на любимой скамье, той, которая находится возле порта. Я поворачиваюсь. Это — Джон в старом пикапе. Он зовет меня черед заднее опущенное стекло.

— Завтра ты мне будешь нужна. Поможешь подготовить траншею, чтобы проложить трубопровод. Двадцать долларов за день, идет?

— Да, — отвечаю я.

— Ты скоро уйдешь рыбачить?

— Я не знаю. Джейсон все еще ожидает клетки.

— Я приеду за тобой завтра в семь часов.