Маргарет Этвуд - Ведьмино отродье

– Ревнуете, мистер Герц? – лукаво шепчет Анна-Мария. Она видит его насквозь. – Увели из-под носа целую сцену, да?

– Не язви, – шепчет он в ответ.

– А еще мы подумали, – говорит Змеиный Глаз, – что, когда он рассказывает Миранде про лодку… прогнившую лодку, в которую их посадили… можно ее показать на видео, и когда он произносит… в смысле, вы произносите… когда они переходят к той части, когда Миранда ему говорит, что была для него обузой, трехлетний ребенок в дырявой лодке посреди океана, и он говорит, что она была ангелом, который его спас? Херувимом. Вот эта часть.

– Да, я помню, – говорит Феликс. Его сердце сжимается в тугой комок.

– У кого-то из наших ребят есть детишки, – говорит Змеиный Глаз. – И есть их фотографии. Тут разрешается иметь фотографии семьи, ну, у кого она есть. Можно снять лодку на видео… взять, типа, игрушечный кораблик. Как он качается на волнах. Темно, дует ветер, море бушует. Дело происходит ночью, и на небе вдруг появляются фотографии их детишек. Парни именно так и чувствуют. Дети, как ангелы, которые их спасают. Помогают пережить трудные времена.

Разве мог Феликс им отказать?

– Давайте попробуем, – говорит он.

– 8Рукк говорит, он легко вставит фотки, – продолжает Змеиный Глаз. – В смысле, в видео. Говорит, можно сделать, чтобы они мерцали, как звезды. Одна за другой.

– Хорошая мысль, – говорит Феликс. В горле встает комок. На глаза наворачиваются слезы. Старый сентиментальный дурак!

Осторожнее, говорит он себе. Не раскисай. У Просперо всегда все под контролем. Более или менее.

Змеиный Глаз хочет что-то добавить: он смущенно переминается с ноги на ногу. Давай, выкладывай, думает про себя Феликс. Стреляй с двух стволов. Добей меня.

– Мы подумали, может быть, вы захотите внести что-то свое, мистер Герц, – застенчиво произносит Змеиный Глаз. – Если у вас есть фотография, которая вам особенно дорога. Можно тоже поставить ее на небо. Вроде как камео от режиссера. Ребята не против. Наоборот.

Его потерянная Миранда, трехлетний ангел, на качелях, на фоне синего неба, в серебряной рамке. Заливается радостным смехом. Была ты херувимом, что спас меня .

– Нет, – Феликс почти кричит. – Нет, у меня нет ничего подходящего! Но все равно спасибо. Прошу прощения.

Конечно, они не специально. Они не хотели его задеть. Они не могут ничего знать. О нем, о его больной совести, о самобичевании, о неизбывной печали.

Спотыкаясь, хватая ртом воздух, он идет в демонстрационную камеру пятидесятых и тяжело оседает на нижнюю койку. Колючее серое одеяло. Руки сложены на коленях, голова склонилась на грудь. Затерянный в море, брошенный на волю волн. В полусгнившем челне, с которого сбежали даже крысы.

Настроение меняется. Все постепенно налаживается. Когда с головой уходишь в заботы, это всегда помогает.

В субботу Феликс едет в Торонто за костюмами и реквизитом. Он едет на поезде, оставляет машину на привокзальной стоянке в Мейкшавеге. Ему страшно представить, сколько в Торонто будет машин. Страшно представить все мытарства, связанные с поиском места, где припарковаться. Он отвык от городских толп.

Актеры составили общий список, что нужно купить. Феликс им ничего не обещал, но сказал, что постарается найти все. Анна-Мария добавила в список три куклы: трех диснеевских принцесс. Сказала, что их можно было бы заказать в интернет-магазине, но она и так превысила лимит по кредитной карте.

Сойдя с поезда на Центральном вокзале, Феликс отправляется на поиски. Анна-Мария составила ему карту, на которой отметила несколько магазинов, где можно купить то, что нужно.

Первым делом он едет в магазин игрушек в паре станций метро от вокзала. Его уже не пугают такие магазины: Миранда вышла из возраста детских игрушек. Он проходит мимо витрины, туда и обратно: внутри только пластик, только картон. Конечно, он сможет туда зайти.

Феликс делает глубокий вдох и входит внутрь. В это царство неисполнившихся желаний, в мир несбывшихся надежд. Такой красочный, яркий, недостижимый. Сердце сжимается в тугой комок, но он заставляет себя держаться.

Он идет в отдел пляжных игрушек. Глаза разбегаются. Феликс не знает, куда смотреть. Он стоит в полной растерянности. К нему подходит молоденькая продавщица.

– Я могу вам помочь? – спрашивает она.

– Да, пожалуйста, – говорит Феликс. – Мне нужно две лодки. Одну маленькую, вроде шлюпки. Вторую – побольше. Может быть, с мачтой и парусом.