Владимир Малик - Тайный посол. Том 2

Осторожно прокравшись к халупке, в которой спала Стеха, открыл дверь.

– Ой, кто там? – испуганно вскрикнула девушка, пытаясь в темноте разглядеть позднего гостя.

– Не бойся меня. Я Чора, – прошептал паренек. – Скорее одевайся и выходи!

– Куда?.. Зачем?..

– Тс-с-с… Меня не опасайся, глупенькая, ничего плохого с тобой не будет. Я должен тебя спасти!

– Меня? От какой такой опасности?.. Что мне еще угрожает?

– Вернулся из Немирова мой отец…

– Ну и что?

– Он хочет жениться на тебе…

– О Боже!

– Я не допущу этого. И моя нэнька этого не хочет… Теперь ты понимаешь? Ну, собирайся! Да не теряй время! До рассвета мы должны быть далеко…

Стеха молчала. То, что сказал Чора, походило на правду.

– Куда ты хочешь меня отвезти?

– В безопасное место… В одном степном улусе живет мой двоюродный дедушка Ямгурчи, добрый старик. Меня он очень любит и сделает все, о чем я его попрошу…

– Почему ты…

– Стеха, неужели ты до сих пор не догадалась, что я люблю тебя! – вырвалось у юноши. – Лучше мне видеть тебя мертвой, чем женой другого… чем женой… отца моего…

Стеха давно знала, что Чора любит ее. Но поскольку он, то ли по молодости и свойственной ему замкнутости, то ли по другой какой причине, никогда не говорил ей о своем чувстве, она над этим не задумывалась. Теперь его отношение могло сыграть важную роль в ее судьбе. Влюбленного Чору ей пока что бояться нечего. Зато жестокого и наглого Кучук-бея…

Нет, колебаться нельзя! Да и жизнь за последнее время научила ее быть решительной и полагаться в тяжелые минуты только на себя.

Она накинула на плечи пестрый татарский халат, обулась в мягкие чирики из бараньей кожи и шагнула к двери.

Чора взял Стеху за руку и, осмотрев двор, вывел в густо-синюю темноту южной безлунной ночи…

Иваник и Рожков лишились коней еще на Днестре. Их отобрали ордынцы при переправе через реку, а самих отпустили: выручили ярлыки. Оборванные, босые, чуть живые от голода и усталости, доплелись они до Киева и первые два дня, воспользовавшись гостеприимством генерала Гордона, только и делали, что ели на кухне и спали на чердаке конюшни. А на третий день, малость восстановив силы, спустились на Подол, миновали Житный базар и направились к Киевской коллегии.

За каменной стеной, на просторном дворе, вымощенном обожженным кирпичом, шныряли монахи, шумно играли спудеи младших классов. Старшие стояли группами и о чем-то разговаривали. Смех, взлетавший то здесь, то там, свидетельствовал, что разговоры их были отнюдь не на ученые темы.

Иваник и Рожков подошли к ближайшей группе.

– Хлопчик, поди-ка сюда, знаешь-понимаешь, – поманил Иваник упитанного парнишку, глядевшего на них черными глазами. И когда тот подошел, спросил: – Ты, часом, не знаешь тут таких… Яцька и Семашко?

Паренек развернулся на одной ноге и что было сил закричал на весь двор:

– Яцько-о! Сема-ашко! К вам родичи приехали! Должно, сала привезли! Эге-гей, сюда!

Иваник и Рожков смущенно поглядели друг на друга: не было у них с собою никакого подарка. Да и откуда ему взяться, если каждый из них гол как сокол.

Яцько и Семашко не замедлили появиться и, узнав Иваника, обрадовались, как родному. Засыпали его десятком вопросов. Наверно, хлопцам жилось несладко, они сильно похудели, вытянулись, и ко всему еще, конечно, скучали по родным и близким.

– Постой, Яцько, постой! – перебил Иваник. – Мы и сами ничего не знаем ни про Арсена, ни про семью Семашко, потому как только-только вернулись из полона…

– О-о! – вырвалось у Яцька.

Семашко молчал, по-видимому, был более сдержанным.

– Из полона, знаешь-понимаешь. Видали там Стеху, сестренку Арсена…

– О-о! – еще больше удивился Яцько. – Арсен уже знает?

– Еще нет! Мы сюда за тем и пришли, чтобы ты на Запорожье махнул и разыскал там Арсена… Вызволять надо дивчину.

У Яцька радостно заблестели глаза.

– Я это мигом!.. Василь, поедем?

Медлительный Семашко ответил не сразу. Наморщил лоб, отчего черные брови его сошлись у переносицы, как крылья ворона.

– А нас пан ректор отпустит?

– Мы его и спрашивать не будем!

– До Запорожья не близкий путь. Мы пешим ходом, пешедралом, недалеко уйдем.

– Ты, Василь, как с луны свалился! – По всему видно было, что Яцько, как старший и бывалый, верховодит. – Зачем пешком? Днепр, по-твоему, к чему?.. Плоты, бывает, вниз плывут! Попросимся, и нас возьмут. Еще харчеваться будем за то, что поможем.