Малькольм Брэдбери - Историческая личность

И тут бьют куранты; группа встает и вносит столики из коридора назад в помещение. У Говарда в обычае вести группу после занятий пить кофе, и теперь он ведет их, такую маленькую компанию, вниз на лифте, через вестибюль, поперек Пьяццы. Они входят в кофейный бар Студенческого Союза, выходящий на озеро. Уровень шума высок; в углу игорный автомат позвякивает разными нотами, серийно повторяющимися; люди сидят за столиками, спорят или читают. Они находят альков у стены, замусоренный чашками и сигаретными пачками, и рассаживаются, втискиваясь на кольцо скамьи; Мерион и Майкл отправляются в очередь к стойке, чтобы принести кофе на всех.

– У-ух, – говорит Фелисити, пристраиваясь к Говарду и упираясь коленом в его ногу и заглядывая ему в лицо. – Надеюсь, вы никогда не сотрете меня в порошок таким образом.

– Каким таким образом? – спрашивает Говард.

– А как вы разделали Джорджа, – говорит Фелисити. – Не будь он таким реакционером, я бы его пожалела.

– Меня это интригует, – говорит Говард. – Словно бы он ищет этого, словно он подает себя мне мазохистом, мне, как садисту.

– Но вы не даете ему шанса, – говорит Фелисити.

– Никаких шансов таким людям, – говорит Хашми, – он фашист-империалист.

– Но вы садист, – говорит Фелисити.

– Беда Джорджа в том, – говорит Говард, – что он идеальное учебное пособие. Воплощение врага. Он прямо-таки избран на эту роль. Я даже не знаю, насколько он вообще серьезен.

– Очень серьезен, – говорит Фелисити. Возвращаются двое с кофе.

– Кофе, кофе, – говорит Хашми, – то, что они тут называют кофе.

– Да, Хашми, – говорит Говард, – Роджер Фанди говорит, что сюда приедет прочесть лекцию Мангель. Тот человек, который написал известную работу о расах.

– Но его не могут сюда пригласить, – говорит Хашми. – Я сообщу это Афро-Азиатскому Обществу. Это хуже, чем Кармоди.

– Да, – говорит Говард. Он пьет свой кофе быстро и встает, чтобы уйти. Когда, выбираясь из-за столика, он протискивается мимо Фелисити, она говорит:

– В какое время мне прийти сегодня вечером, Говард?

– Куда? – спрашивает Говард.

– Я же сижу с вашими детьми, – говорит Фелисити.

– А! – говорит Говард. – Не можете ли вы прийти до

четверти восьмого?

– Отлично, – говорит Фелисити, – я отправлюсь прямо туда. Вам не придется меня подвозить.

– Очень хорошо, – говорит Говард.

Он идет назад в Корпус Социальных Наук; выходя из лифта на пятом этаже, он видит вдалеке фигуру, ждущую у дверей его кабинета. Под таким углом Кармоди выглядит тварью в конце длинного исторического коридора, ведущего назад в темные времена; Говард стоит в яркости эмансипирующего настоящего в противоположном конце. Кармоди избавился от своих книг; при нем только его глянцевый портфель; у него унылый, печальный вид. Когда Говард подходит ближе, Кармоди поднимает глаза и видит его; он сразу подбирается.

– Я думаю, мне следует поговорить с вами, сэр, – говорит он Говарду, – вы можете уделить мне время?

– Минуты две, – говорит Говард, отпирая дверь. – Войдите.

Кармоди следует за Говардом в дверь, а затем сразу останавливается, сжимая свой портфель, его крупное тело выглядит неуклюже.

– Садитесь, Джордж, – говорит Говард, располагаясь в красном кресле за письменным столом. – Так в чем дело?

– Я хочу обсудить с вами мою работу, – говорит Кармоди, не двигаясь с места. – Я имею в виду по-настоящему откровенное обсуждение.

– Хорошо, – говорит Говард.

– Мне кажется, я попал в тяжелое положение, – говорит Кармоди, – и я думаю, что поставили меня в него вы.

– Что это значит? – спрашивает Говард.

– Ну, я в вашем семинаре третий год, – говорит Кармоди. – Я написал для вас примерно двадцать эссе. Они здесь, у меня в портфеле. Я подумал, не просмотрите ли вы их вместе со мной.

– Мы их уже просматривали, – говорит Говард.

– Я подумал, не могли бы мы просмотреть отметки, – говорит Кармоди, – вопрос в отметках.

– В каком смысле? – спрашивает Говард.

– Ну, сэр, это не очень хорошие отметки, – говорит Кармоди.

– Да, – говорит Говард.

– Я хочу сказать, что могу провалить тот семинар, – говорит Кармоди.

– Да, похоже, что можете, – говорит Говард.

– И вам это безразлично?

– Это неизбежное следствие недостаточно хорошей работы.

– А если я провалю ваш семинар, то не получу степени, – говорит Кармоди, – потому что, не получив положительной оценки по дополнительному предмету, нельзя получить степени.

– Совершенно верно, – говорит Говард.