Иван Кудрявцев - На арене с Гошей

...Между тем в испанской столице наша программа уже отработала и выехала в Барселону, где я и присоединился к ней днем 10 октября. А вечером туда же на большой грузовой машине были доставлены мои медведи. На следующее утро мы тщательно отрепетировали и вечером предстали перед новыми зрителями.

На премьере произошел один весьма, мягко выражаясь, сложный эпизод, который лишь благодаря энергичным действиям моей группы завершился благополучно. За недостатком времени мы не успели подготовить кладовую для хранения продуктов, которыми кормят животных. И вот перед самым началом представления привезли свежий хлеб и молоко. Оба ящика поставили очень близко около того места за кулисами, где были привязаны медведи, отделив их толстой фанерой. Но Гоша учуял дразнящий запах. Одним ударом лапы он разбил перегородку, подтащил к себе ящики и принялся уплетать их содержимое за обе щеки, аппетитно причмокивая и сопя.

Ассистенты и я заметили это, когда уже был объявлен мой номер. С трудом мы отобрали у медведя его добычу. Начавшуюся паузу нам удалось быстро погасить, но настроение Гоши было уже испорчено... На манеже он сразу же повел себя нервозно и крайне агрессивно, улучив удобный момент, набросился на меня, сбил с ног, однако мне удалось быстро вскочить и с помощью помощников утихомирить разъярившегося было медведя. Публика же восторженно аплодировала, приняв этот эпизод за тщательно отрепетированную сценку. На следующий день газеты писали о том, что "огромный сибирский медведь дерется с дрессировщиком прямо при публике" и что "борьба человека с медведем очень эффектна и необычайно впечатляюща".

В общем, этот не очень приятный случай оказался вдруг полезным с чисто рекламной точки зрения.

Три дня спустя испанский импрессарио Артуро Костелио за дружеским обедом, устроенным для нашего коллектива, весьма удовлетворенно говорил:

- Теперь могу спать спокойно, несмотря на то, что здесь функционируют еще три других цирка. Ведь у них нет Гоши.

Помню, тогда же я предложил с рекламной целью провести в Барселоне цирковую кавалькаду с участием Гоши.

-- Как,- удивился импрессарио,- выпустить медведя на улицу?! Но ведь опасно, люди ходят, автомашины движутся...

Я заверил, что никакой опасности ни для кого не будет, что у меня накоплен богатый опыт проведения таких кавалькад.

Вопрос был тут же решен, выезд наметили на 19 октября. И вот на двух грузовых машинах, украшенных коврами и рекламными плакатами, мы двинулись по городу в сопровождении множества теле-, кино- и фотокорреспондентов. Они снимали Гошу на берегу Средиземного моря, у памятника Колумбу. Мой партнер, как ни в чем не бывало, прогуливался по многолюдным улицам города на самокате, велосипеде, мотоцикле. Иногда кавалькада останавливалась, и тогда медведь деловито накачивал баллоны грузовой машины под восхищенные возгласы и горячие рукоплескания толпящихся вокруг горожан. Затем он совершил прогулку на шхуну Колумба, точную копию той, на которой великий мореплаватель открыл Америку. С палубы этого корабля Гоша лапой приветствовал многочисленных туристов и жителей города. Затем он в открытой автомашине прокатился по главной улице и центральной площади Барселоны.

Кавалькада в г. Канадзаве. Япония, 1978 год

Кавалькада сделала свое дело - в Барселоне мы отработали очень успешно, уложившись точно в срок. А в знаменательный для каждого советского человека день - 7 ноября - мы возвратились домой, в родную Москву, полные свежих впечатлений от знакомства с новой страной, с новыми зрителями, оказавшими нам очень теплый прием.

В середине января 1975 года, завершив гастроли в Тбилиси, я получил очередное направление в один из волжских городов. Но прежде необходимо было решить в нашем Главке некоторые творческие вопросы. С этой целью я и поехал из столицы Грузии на несколько дней в Москву. Придя утром в Союзгосцирк, я неожиданно был вызван к заместителю управляющего Л. Г. Зайцеву.

- Здравствуйте,- ответил он на мое приветствие и добавил:-Знакомьтесь.

Находившийся тут же какой-то иностранец и наш переводчик поднялись с кресел. Мы обменялись рукопожатиями.

- Это австрийский импрессарио г-н Хуэмер,- пояснил Леонид Гаврилович,- он настаивает, чтобы вас включили в коллектив, выезжающий в Австрию. Как вы к этому относитесь?