Иван Кудрявцев - На арене с Гошей

Жил я там в гостинице "Большая Хиросима". Из окна моего номера открывался вид на парк Мира, на панораму памятников жертвам атомной бомбардировки. В этом парке размещен специальный музей, в семи павильонах которого выставлены фотографии и многие вещественные экспонаты, дающие посетителям представление о роковом дне 6 августа 1945 года, когда Хиросима подверглась испепеляющему воздействию американской атомной бомбы. Кстати, фотография той бомбы, которую в США этак цинично-ласково назвали "малышкой", тоже экспонируется в музее. Я был в этом музее в 1970 году, и до сей поры перед моими глазами неотступно стоят запечатленные на фотоснимках жуткие сцены ужасающих разрушений, сожженных, изувеченных людей...

Довелось мне еще в 1970 году видеть людей, выживших после атомной бомбардировки, но оставшихся навсегда калеками. Дважды я и мои товарищи выступали в госпитале, где содержатся эти несчастные. Мы были потрясены, глядя на забинтованных, исстрадавшихся людей, которых уже четверть века постоянно укутывают в марлю и вату, кормят с ложечки...

Это было невыносимое зрелище. Вместе с тем оно с поразительной силой утверждало в каждом из нас понятную гордость за очень мудрую, принципиальную политику мира, которую так настойчиво и целеустремленно, так неуклонно и твердо проводят наша великая, могучая страна, наша славная ленинская партия. Они проводят эту политику не только для блага нашего народа, но и во имя благополучия и покоя народов всей земли.

И подумалось: какая же высокая честь, какое великое счастье быть гражданином Советской страны, своим трудом помогать претворению в жизнь ее светлых, благородных идеалов!

И вот, наконец, сбылось: отдел формирования и эксплуатации программ уступил моим настоятельным просьбам предоставить возможность поработать некоторое время в Удмуртии. Право же, для любого творческого работника, как мне представляется, существенно важно время от времени встречаться с родными, близкими, с детства знакомыми людьми, побродить по местам, которые всегда в твоем сердце, как говорится, подышать воздухом родной земли...

Итак, 21 сентября 1973 года в Ижевском цирке состоялось открытие очередного сезона. В большой программе нашлось место и для нас с Гошей. Земляки встретили меня с той искренней теплотой, которая надолго согревает сердце, вызывая ответное желание трудиться как можно лучше.

Через несколько дней я как-то после репетиции заглянул в кабинет директора С. А. Дородова.

- Заходи, заходи,- у Семена Александровича было явно хорошее настроение.- Понимаешь, Иван Федорович,- сказал он, весело потирая руки,- что же нам теперь делать?

- А что случилось?

- Случилось нечто непоправимое,- он лукаво ухмыльнулся,- билеты на сорок дней вперед уже проданы. Как же быть-то, а?

Он довольно рассмеялся.

- Как быть? Работать будем, что ж нам остается?..

И пошел у нас разговор о предстоящих делах, о всевозможных встречах артистов с тружениками предприятий города и сельских районов республики, школьниками, студентами. Внезапно беседу нарушил резкий телефонный звонок.

- Междугородняя,- сказал директор, снимая трубку.- Я слушаю!.. Да, я. Хорошо, он как раз здесь...

С этими словами он передал трубку мне. И я услыхал знакомый голос одного из работников Союзгосцирка:

- Привет! Тут очень важное дело: вам необходимо срочно лететь в Москву. Сегодня же...

- Зачем? Почему такая спешка? Я же на работе...

- Дело в том, что вас направляют в Испанию...

- Как в Испанию? Там ведь уже работает наша программа.

- Работает, но ее необходимо пополнить, вот и решено, чтобы вы туда полетели.

- Позвольте, но я к полету не готов, у меня нет разборных клеток для транспортировки животных самолетом.

- Ничего не знаю, распоряжение руководства.

Тотчас же звоню заместителю управляющего Союзгосцирком. Вместе с С. А. Дородовым тщетно пытаемся уговорить оставить меня в Ижевске.

- Нет, нет, надо лететь в Испанию. И как можно скорее. Вопрос исчерпан.

Мои земляки - спасибо им!-довольно быстро изготовили две разборные клетки, необходимость в которых, между прочим, впоследствии отпала, так как отправили нас из Москвы на грузовом самолете "Антей", а в него запросто входят и обычные клетки. Мои гастроли в Ижевске, увы, закончились. И пять дней спустя, глубокой ночью, мы с ассистентами, а также с Гошей и его дублером Гошей-2 отправились из Москвы в далекую Испанию. Предстояло очередное "открытие" новой страны.