Евгений Бабушкин - Библия бедных

Представьте: Берлин, сердце Германии, за два года до Хрустальной ночи, за три года до начала войны. Три еврейки-фехтовальщицы представляют три фашистских государства. А на соседнем стадионе еврейка-прыгунья сражается с интерсексуалом – слова такого тогда, конечно, не знали.

В 1936 году Германия стала абсолютным лидером медального зачета, но неплохо выступила и Финляндия.

Кустаа Пихлаямяки, вольная борьба, золото, работал полицейским в Хельсинки, погиб во время советской бомбежки.

Лаури Коскела, греко-римская борьба, золото, убит под Выборгом. Когда порыв ветра вырвал письмо у него из рук, чемпион потянулся за ним из окопа и получил от снайпера пулю в левое ухо.

Зачем этот рассказ? О немцах и евреях, о битвах минувшего века, о реках крови и пулях в ухе? О победах и смертях – моментальных, как фотовспышка на финише?

Сравнивать Путина с Гитлером, Сочи с Берлином, геев с евреями способен лишь тот, кто не чувствует разницы между зимой и летом, между неброским консерватизмом нулевых и безжалостным блеском фашистского модерна. Вот и я не сравниваю, просто рассказываю истории, как тот голландский патрульный, конькобежец Сим Хейден. Говорят, под конец жизни он впал в маразм и просто придумал встречу со Шварцманном. Если так – в этой выдумке больше жизни, чем в самой жизни.

А вот простая, документальная, несомненная правда: в 1936 году никто не ждал войны и не знал, что до следующей Олимпиады – 18 лет.

Павел Постышев прославился поразительной паранойей.

Он, старый большевик, обнаружил на спичечных коробках профиль Троцкого, а в колбасных обрезках – свастику. Всюду искал японских шпионов и сам был расстрелян за шпионаж. Но одна его идея счастливо прижилась: вернуть елку.

Сталин одобрил, «Правда» дала передовицу: «Какие-то, не иначе как «левые» загибщики ославили это детское развлечение как буржуазную затею. Я уверен, что комсомольцы примут в этом деле самое активное участие и искоренят нелепое мнение, что детская елка является буржуазным предрассудком».

В ночь на 1 января 1936 года формальный глава государства Михаил Калинин (он переживет войну и репрессии и мирно умрет от рака кишечника) поздравляет по радио арктическую экспедицию Папанина. Наутро «Правда» впервые выходит с новогодним поздравлением, а миллионы ее читателей получают свой первый новогодний подарок: в СССР отменяют карточки на продукты.

Mikoyan prosperity – так, в честь наркома пищевой промышленности, называют на Западе советские тридцатые. Вслед за едой на прилавках появляются отдельные предметы роскоши, а в 1936 году – первая елочная игрушка. Открываются игрушечные артели: «Изокульт» в Ленинграде и «Промигрушка» в Москве.

Странные эти игрушки: крохотные серебристые дирижабли, фанерные аэропланы, десантники из прессованной ваты.

Время такое. Парашютная вышка стоит в каждом городе. Советский Союз развивает авиацию – даже при Гагарине так сильно не мечтали о небе.

В новом году расстрелов стало больше в 315 раз. Все читают передовицы о новых заговорах и казнях, но никто не представляет масштабов репрессий.

Тем временем культ Нового года воскрешают так же быстро, как вскоре воскресят православие. Звезда со Спасской башни насажена на каждую макушку. Главная елка страны – 15-метровая, в Колонном зале Дома союзов. Тут, на бале-маскараде отличников, возникает и Дед Мороз, очень моложавый, а с ним первая советская Снегурочка, совсем ребенок. Грудь и талия у Снегурочек появятся после войны.

Новый год начинают праздновать массово и научно. Учпедгиз выпускает две методички: «Елка в детском саду» и просто «Елка». Первая книжка – замечательное пособие по дизайну:

«На верхних ветках лучше повесить на самые концы легкие, блестящие украшения, а по контуру веток положить нити серебряного инея. На средних ветках надо вешать такие игрушки, которые не требуют близкого и детального рассматривания, например, бонбоньерки, хлопушки, крашеные шишки, бутафорские овощи, а на краях ветвей – аэропланы, парашюты, птички, бабочки и т. п.»

«Елка» – сборник очень серьезных статей. Например «О средствах против воспламенения елочных украшений». Идеология тоже на высоте.

«Старыми являются антихудожественные безделушки мещанского, безвкусного оформления. На елке важно дать возможно больше игрушек новой тематики, увлекательные для ребят образы строительства, героики, например, завоевание Северного полюса, парашюты, планеры, оборонные игрушки, фигурки национальностей Союза и т. д. Это сделает елку для детей близкой, своей, советской…»