Мария Мирошник - Дневник дылды

Заметив, что Лаврентьев остановился и дальше не идёт, обхожу его, и как маленького ребёнка, толкаю в спину, в направлении ларьков с развлечениями.

– Давай! Только не говори, что не умеешь стрелять! – попросила я, наконец, доведя его до тира.

Брюнет с сомнением оглядел несколько ружей и владельца аттракциона, а затем перевёл на меня удивлённый взгляд.

– Ты ради этого выдернула меня после школы? Господи, я мог сейчас лежать дома, есть пиццу и размышлять об ужасе этой жизни, – закинув голову, пожаловался Егор.

– Мне без разницы, что ты думаешь. Я привела тебя сюда, чтобы ты вернул мне долг, – после моих слов, спортсмен заинтересованно посмотрел на меня. – Ты не отдал медведя, когда я его честно выиграла, поэтому Твоё Величество обязано вернуть мне животное! И непростое, – только хочу закончить фразу, как меня перебивают.

– А золотое, – хоть с сарказмом, но всё же улыбнулся баскетболист.

– Нет. Вон того медведя, – закончила я, указав на висящего огромного зверя, с бантиком на шее.

Игрушка была в половину меня ростом и очень толстая.

– Чтобы получить его, Вам понадобится попасть во все десять банок. Максимум один промах, – встрял пожилой мужчина, за прилавком.

Несколько раз оглядев меня с ног до головы и прикинув что-то у себя в голове, Лаврентьев положил на стойку бумажную купюру и взял в руки винтовку. Я уже была готова запрыгать от радости, когда на лице этого парня появилась усмешка. И почему я так забочусь об его настроении?

Прицелился – первое попадание, второе, третье… Он так хорошо стреляет?

После девятой упавшей банки, брюнет, расслабившись, попал в полку, так и не задев картонный цилиндрик. Глубоко вздохнув, опять берёт в руки оружие и… попадает!

– У Вас сбит прицел. Стреляет ниже нужного, – произнёс Егор, забрав огромную игрушку.

Затем, не удостоив меня взглядом, сунул её мне в руки, кинув через плечо только «сама носишь».

Зверь оказался очень большим и мягким. Бабочка на шее была сшита из красной атласной ленты, а глазки из красивых блестящих бусинок. Теперь по набережной шёл более-менее расслабленный Лаврентьев, а за ним я, укутанная в шарф и с огромным тёмно-коричневым медведем. «Класс»!

Следующей остановкой стал ларёк с хот-догами, продавщица которого (достаточно молодая девушка. Возможно, наша ровесница) старательно хлопала ресницами перед брюнетом. Парень даже не заметил этого, а рыжая, увидев плетущуюся следом меня, с медведем, лишь презрительно фыркнула, чудом сдержавшись и не кинув в меня горячей сосиской.

– Лаврентьев, обращай хоть немного внимания на своих дам, а то меня до вечера убьют, – пожаловалась я, оттирая салфеткой пальцы от соуса.

Плюшевое животное постоянно выскальзывало из-под руки, поэтому я была очень благодарна, когда баскетболист, наконец, его забрал.

– Я не видел, – отмахнулся он, рассматривая морду своего приза. – Я же не виноват, что они такие чокнутые.

– Я, конечно, обещала Лизе развеселить тебя, но не ценой своей чести, – с театральной строгостью, буркнула я.

Ещё несколько раз мы останавливались около маленьких магазинчиков с выпечкой или сладостями. До сих пор понять не могу, как Егор смог столько всего съесть. Последним перекусом стал купленный в магазине шоколадный торт. Ели мы его на лавочке, одноразовыми вилками, купленными в том же супермаркете.

– Пойдём, – произнесла я, когда брюнет проглотил последний кусочек.

– Куда? – непонятливо переспросил он и вопросительно выгнул бровь.

Тяжело вздыхаю, но всё же хватаю его за руку, рывком подняв со скамейки.

– Никакого права выбора, – напомнила я слова, сказанные в школе, и, прихватив игрушку, направилась в одном мне известном направлении.

Выкинув упаковку от десерта, мы пошли в сторону большего здания, окна которого изнутри были затянуты сеткой. Если всё получится, то Лаврентьев ещё мне скажет «спасибо», если нет, то я сама себе не завидую.

Встряхиваю волосами, пытаясь отогнать плохие мысли. Обернувшись, замечаю, что парень догадался о нашей следующей остановке, поэтому остановился и окинул меня рассерженным взглядом.

– Камбарова, ты издеваешься? – воскликнул он, отшатнувшись от меня. – Зачем мы сюда пришли?

– Если пришли, значит надо. Не упирайся, идём! – скомандовала я, начав толкать Егора в спину.

Парень сопротивлялся изо всех сил, но моя врождённая упорность смогла одержать вверх. Когда мне всё-таки удалось допихать брюнета до входа, мы быстро прошли коридор и оказались перед массивной деревянной дверью.