Евгений Рякин - Путь

— Купаться, загорать, я не знаю. Ты же сама сказала, что там великолепная природа.

— В гробу я её видела и в белых тапках, природу эту! — даже вскочила с места Алиса. — Больше ноги моей не будет в этом грёбаном месте! То, что я пережила никакими словами не описать, ты вряд ли вообще можешь представить, что там со мной творилось. Это просто ужас, кошмар, я даже передать не могу. А ты так спокойно об этом говоришь, как будто тебе на меня наплевать. Мне до сих пор страшно! До сих пор, слышишь? А ты сидишь, как бесчувственное полено, и молчишь. А ведь ты даже понятия не имеешь…

— Всё я прекрасно имею, — ответил Алекс с таким пренебрежением, что Алиса даже потеряла дар речи. — Обычная реакция на психоделики. Если хочешь, я расскажу, что там с тобой происходило.

— Да откуда тебе это знать? — в голосе девушке проскользнула паническая нотка, но, поняв, что Садхир никак не успел бы кому-либо поведать о приключившемся, она взяла себя в руки. — Впрочем, давай, попробуй! Посмотрим! Прекрасно он, видите ли, имеет представление. Да ты бы там от страха обоссал… Давай, рассказывай, умник! — она снова села на скамейку, скрестила руки на груди и поджала губы.

— Ну, смотри. Судя по всему, ты попробовала галлюциногенный чай…

— Надо же, какой ты проницательный! — скептически перебила она и закатила глаза, но Доктор так на неё посмотрел, что Элис замолчала.

— Ты знаешь, что такое серотонин?

Девушка фыркнула.

— Я же не дура! Гормон счастья!

— Не совсем так, — прицокнул Саша, — вернее, совсем не так. Серотонин притупляет боль и успокаивает центры отрицательных эмоций. Те ребята, что спокойно живут без нервов и радуются жизни — у них серотонина чуть побольше, чем у других. Короче говоря, серотонин отсекает всё лишнее, не имеющее особой важности. Это штука эволюционная, ведь если животное будет отвлекаться на ползающих муравьев и листочки на ветру, то долго не проживёт. Серотонин помогает сосредоточиться на важном сразу во многих отделах мозга: в сенсорных, то есть в тех, благодаря которым мы видим, слышим, чувствуем запахи, в эмоциональных, в двигательных, да практически во всех. Пойдём-ка, пройдёмся?

Девушка кивнула, поднявшись с места. Саша сходил за сумкой, перекинул её через плечо и, взяв Алису за руку, направился по тропинке, продолжив рассказ:

— Так вот. Галлюциноген вмешивается в работу серотонина, воздействуя прямо на рецепторы. Сначала страдают механизмы восприятия — зрение, слух, обоняние, вкус, появляются зрительные и слуховые галлюны. Кроме того, галлюциногены могут вызывать сильный приток крови к зрительной коре, что находится в затылочной части головы — это ты, наверное, уже знаешь. Происходит растормаживание всего несущественного, в обработку зрительной информации включается на порядок больше нейронов, соответственно, кора сильно возбуждается и как будто бы видит те объекты, которых на самом деле нет. Например, геометрические фигуры, кресты, разноцветные линии, волны, звёзды, да всё, что угодно. Знакомо?

Алиса хмыкнула, но кивнула полу-утвердительно.

— Из-за этого информация начинает искажаться — это тоже воздействие на серотониновую систему. Но это только начало, ведь одновременно нейронное возбуждение начинается и в других отделах мозга. Активно включается память, поэтому все события под галлюциногеном сильнее запоминаются, в том числе и потому, что лимбическая система бомбардирует мозг, вызывая бешеный всплеск эмоций. В таких отделах мозга как гиппокамп начинается усиленный нейрогенез, то есть размножение нейронов. Гиппокамп за что у нас отвечает, помнишь? Нет? За формирование долговременной памяти. То есть ты начинаешь видеть то, чего нет, сильно реагировать, и это впечатление очень чётко и надолго запоминается. Частенько люди, попробовав психоделики, запоминают подобный опыт навсегда. А прошлое, чтоб ты знала, влияет на будущее, но это тема другого разговора, — отмахнулся Алекс.

— Погоди, погоди! — решила поспорить Алиса. — Так нервные клетки же не могут расти, говорят. Они не могут зарождаться, то есть размножаться.

— В некоторых отделах могут. В гиппокампе — точно. Если ты будешь упорно учить что-то, связанное с долговременной памятью, то твой гиппокамп физически вырастет. В нём появятся новые нейроны и связи между ними. Но не суть. Главное, что ты видела галлюцинации и запомнила это крепко накрепко, верно?

Алиса закатила глаза, как бы ни говоря ни да, ни нет. Доктор продолжил: