Евгений Рякин - Путь

— Внимай и на ус мотай. В Ганзе сейчас старшего нет. Я думаю, что Ильсид на днях соберёт этот, как его, Совет, и полис кому-то из нас достанется. Варианты разные есть, не скрою, — он горделиво усмехнулся. — В том числе и весьма интересные… Так вот. Если ты занимаешься… э-э-э… дурью, то, может, поработаешь на меня? Я со всех сторон прикрою, а ты… э-э-э… сеть в Ганзе создавай и продавай нормальные объёмы. Барыши большие пойдут, вне всяких сомнений. С этой, как её, мать её за ногу, с этой… с травки какая прибыль, она же легальная? Поэтому я скажу тебе как правильно, — Аттал ещё понизил голос, — надо «снег» толкать на всю Ганзу. Тогда и польётся манна с небес. А? Что скажешь? — он заговорщицки подмигнул, хитро прищурившись, и провёл ладонью по щетине.

Бо цокнула языком и отрицательно мотнула головой.

— Не, Аттал Иванович, со всем уважением. Спасибо, но я откажусь. Сейчас я этим делом занимаюсь, поскольку законно, и на жизнь более-менее хватает.

— Так у тебя же разрешения нет на торговлю, или я чего-то не знаю?

— Нет и нет, что тут сказать? Ну, поймают, ну, штраф выпишут. Не страшно. А вот заниматься запрещёнкой, да ещё и тяжёлой, я совершенно не хочу. Чревато, знаете ли!

— Чем чревато? — раздул ноздри Аттал. — Я тебя прикрою, я же говорю!

— Ага, — саркастически хмыкнула Бо. — А потом у вас что-нибудь случится, не знаю что, и я останусь один на один со всеми желающими меня упечь в глухую одиночку на несколько годиков, чтобы я потом на полусогнутых вышла из тюрьмы и попала в открытые двери психушки.

— Да ничего не случится! Просто делай, что я скажу, Бо!

— В том то и дело, что я давно разучилась делать, что скажут другие. — Бо тоже понизила голос. — Вы ведь, несомненно, меня понимаете, Аттал Иванович?

— Да, ну тебя! — даже отвернулся он и сплюнул, а потом, помолчав, добавил в сторону. — Как знаешь.

— Это хорошо, спасибо. А тогда давайте же поменяем тему разговора? — откинулась на спинку Бо.

— Ладно, быть по сему! Давай, хоть и знай, что мне весьма досадно твоё поведение, — он снова повернулся к ней. — У меня, кстати, ещё к тебе вопрос есть. Послушай, когда я входил, ты назвала Луизу сестрой. Вы родственницы, что ли?

— Аттал Иванович, я уже на один ваш вопрос ответила. Поэтому, давайте сейчас я у вас кое-что спрошу, а потом вам дам ответ?

— О, как! Но, но, давай! Только не про деньги! — всхохотнул он.

— Я не про деньги! — она вперила в него взор. — Я про Замеса!

— А что Замес? — удивился Аттал и даже глазом не моргнул.

— Расскажите, где он? Давно хотела задать вам этот вопрос.

Тут Аттал Иванович состроил недоумённую физиономию.

— Как где? В Союзе живёт, ты ведь и сама об этом знаешь!

— Знаю, а ещё говорят, что его убили сразу после Совета.

— Ты чего хоть? Он ведь два месяца в Эламе жил боссом!

— А вы сами его там видели? — уточнила Бо. — Лично вы!

— Я — нет! — отрезал Аттал Иванович. — Мне некогда чужими полисами заниматься, знаешь ли. У меня в своём работы хватает. Но ребятушки говорили, что встречали его там: сначала одного, а потом с какой-то дамой. Э-э-э… и в Союзе, говорят, в самой Москве его видели с ней же, и она…

— …и она дочка замминистра, — прервала его Бо. — Слышала уже сто раз эту историю. И, как я выяснила, распространял её в своё время Пика. Но я слишком хорошо знала Замеса, чтобы поверить в эту сказку…

— Бо, что ты от меня хочешь? — оборвав её, неохотно повысил голос Аттал. — Я знаю только, что у него в Эламе… э-э-э… плохо получалось руководить, говорят. Он не вывез коляску, Бо. — Хозяин понизил голос и заглянул ей в глубину глаз. — Замес не справился. Я знаю, что толковую команду набрать у него, как это, не вышло, что по деньгам тоже не сходилось. Жители роптали, строители жаловались, эти, как их… э-э-э… инвесторы ругались… Весьма возможно, ему было совестно перед тобой, ведь ты так в него верила! Да ещё кобылка эта с панталыки сбила! Вот и потерялся твой Замес на просторах Союза и поэтому не показывается на глаза. Стыдно ему!

Бо отвела взгляд и несколько раз сглотнула, поморгав глазами, чтобы не заплакать. Потом взяла себя в руки, глубоко вздохнула и продолжила.

— А что за кобылка? Кто такая, вы знаете?

— Да откуда? Мне заняться больше нечем, что ли? — немного заплетающимся языком произнёс Аттал. — Вуйчики вроде знали. Чего ж ты у них не спросила?

— Спрашивала я. До поры до времени постоянно к Симону приставала с вопросами — что да как? Он молчал, мол, не может сказать, по понятиям чести, так сказать. А потом… Потом я перестала спрашивать.