Чжан Вэй - Старый корабль

С тех пор по ночам Цзяньсу занимался подсчётами. Для этого дела больше подходил его старший брат Баопу, но пока он не стал привлекать его. Возможно, предстоит уйма расчётов, в которых никогда не разберёшься. Но он был исполнен решимости нарисовать хотя бы общую картину. «Крутой» Додо мог обмануть кого угодно, но не этого парня с бледным лицом и горящими глазами. Поздно ночью, когда все уже спали, он запирал дверь каморки на щеколду, открывал небольшую, плотно исписанную записную книжку и начинал проверять счета. На фабрике сто двенадцать рабочих, которые обрабатывают пятнадцать тысяч цзиней зелёной фасоли в день; до механизации старой мельнички в пору высокого спроса они могли ежедневно обрабатывать одиннадцать с половиной тысяч цзиней, а в пору низкого спроса — пять тысяч триста цзиней. При трёх месяцах высокого спроса всего это составляло один миллион восемьсот тридцать тысяч цзиней. Плюс миллион сто пятьдесят тысяч цзиней, обработанных за пять месяцев после механизации, итого получалось два миллиона девятьсот восемьдесят тысяч цзиней. Выйдя на эту огромную цифру, Цзяньсу долго пребывал в потрясении. Он взволнованно ходил туда-сюда по комнатке и бормотал: «Два миллиона девятьсот восемьдесят тысяч!..» На берегу реки погромыхивали старые мельнички, за год с небольшим после начала срока аренды «Крутого» Додо они неторопливо перемололи целую гору фасоли. Погода определяла несколько сезонов — с марта по июнь, с июля по октябрь и с ноября по февраль следующего года; по сезонам разнился и выход муки, но разница была невелика, в среднем на один цзинь лапши требовалось два целых пятьдесят восемь сотых цзиня сырья. Таким образом, за тринадцать месяцев объём продукции «Балийской фабрики лапши» составил один миллион сто пятьдесят тысяч с лишним цзиней.

Реализовать этот миллион с лишним — задача непростая, начиная с января, цены поднимались и падали трижды. После открытия приморских городов экспортная цена лапши «Байлун» значительно подскочила — с девятнадцати до пятидесяти одного процента. В целом импортная лапша продавалась по два целых пятьдесят три сотых юаня за цзинь, на внутреннем рынке по одному юаню шестнадцать сотых за цзинь. Досчитав до этого места, Цзяньсу покрылся холодным потом, и всё тело зачесалось от этой огромной разницы. «Когда фабрика перейдёт под мой контроль, организую мощную экспортную группу», — подумал он. Много лет назад суда, перевозившие лапшу в южные моря, стояли в Валичжэне по всему руслу реки, и этот лес мачт был самой прекрасной картиной в мире. Цзяньсу хрустнул костяшками пальцев, сжал руку в кулак и яростно ударил по столу. Жгучая боль пронизала всё тело, он взял одну руку в другую, а перед глазами почему-то мелькнула та девушка, срезающая колючки. Он крепко зажмурился. Пышущее жаром тельце лежало на его крепкой руке и, казалось, вот-вот завертится. Он отнёс её из-под подставки для коровьего гороха в свою каморку… Из плотно зажмуренных глаз выкатилась слеза. Цзяньсу прикусил губу и снова принялся за подсчёты. Выяснилось, что валовая прибыль от экспортных продаж пятисот восьмидесяти шести тысяч пятисот цзиней лапши составила миллион четыреста восемьдесят три тысячи восемьсот сорок пять юаней, а валовая прибыль от внутренних продаж пятисот шестидесяти трёх тысяч пятисот цзиней — шестьсот пятьдесят три тысячи шестьсот шестьдесят юаней. То есть за тринадцать месяцев фабрика получила валовую прибыль в размере двух миллионов ста тридцати семи тысяч пятисот пяти юаней. Это уже после отчисления производственных и транспортных расходов и убытков.

Эта последняя большая цифра невероятно взволновала Цзяньсу. Он даже не стал считать дальше, стараясь запомнить её. Великолепие этой цифры заставило невольно вернуться к положению семьи Суй в двадцатые-тридцатые годы, когда богатство семьи в несколько раз превышало эту цифру, её влияние распространялось далеко за пределы бассейна Луцинхэ, и за несколько десятилетий она заняла заметное место в истории городка… На каждый подсчёт уходило немало времени. Считать на счётах Цзяньсу не умел и работал с красным карандашом. Вспомнились рассказы брата о том, как отец за несколько лет перед смертью занимался подсчётами день и ночь. Тогда это казалось смешным, а теперь, похоже, всё стало ясно. С дальнейшими подсчётами эта сумма будет понемногу уменьшаться. Будет вычтена заработная плата, стоимость сырья, расходы на реализацию, налоги на побочный промысел… Но и тогда это ещё не будет чистая прибыль; потому что наряду с производством лапши производятся и побочные продукты — выжимки и молочко, которые используются в виноделии, как корм для животных и удобрение. Учитывая разницу в качестве и цене, доход от отходов производства следует включить в доход от производства лапши, а это составит ещё одну значительную сумму. Все эти суммы постепенно опутывали его, словно сетью, которая сжималась всё плотнее, и ему уже было не выпутаться.