Аманда Проуз - Что я натворила?

Взглянув на часы, висевшие в кухне, женщина с удовлетворением обнаружила, что опережает график. Теперь она могла потихоньку начать готовить ужин, а потом тайком урвать пару минут на чтение.

— Кэтрин? — крикнул Марк.

Женщина поставила на стол миску со сладким горошком, который как раз чистила маленьким острым ножиком. Женщина вытерла руки о передник и сунула нож в его карман. Доминик и Лидия вечно подтрунивали над матерью и ее нелепыми домашними нарядами, но Кэтрин было все равно: в этом переднике ей было удобно, и он напоминал тот невзрачный, вечно заляпанный пятнами от муки передник, который носила ее мать.

Она вышла в сад, на голос своего мужа.

— Да, Марк?

Он мог спросить что угодно — от «Где мой чай?» до имени какого-нибудь из учеников, которое никак не мог вспомнить.

— Садовые перчатки? Не знаешь, где они, милая? Не могу найти! — протянул Марк.

— Да, сейчас принесу, — ответила Кэтрин.

Она вернулась в кухню, зашла в кладовую и достала ящик, в который обычно складывала всякие мелочи. Перчатки лежали прямо сверху. Помедлив пару мгновений, Кэтрин услышала, как Марк громко засмеялся.

— А вот и она! Как всегда, держит меня в ежовых рукавицах, женушка моя милая, — сказал он, когда Кэтрин вышла во двор.

— Это я вижу. Здравствуй, Кэтрин!

Рядом с розовой клумбой стоял отец Софи, Роланд. Кэтрин помахала ему рукой, про себя отметив, до чего стильно он выглядит: сегодня на Роланде были идеально скроенный пиджак темно-синего цвета, белые «бермуды» и парусиновые туфли. Этот мужчина всегда одевался до невозможности стильно. Его любовь подбирать аксессуары была какой-то немужской. Немудрено, что за глаза Доминик называл Гиринга «старым педиком». Тут Кэтрин с ним была не очень согласна — старым Роланд однозначно не был.

— Привет, Роланд. У Софи сегодня матч? — спросила она из вежливости.

— Да, теннис. Решил прийти и поддержать ее морально! — улыбнулся Гиринг.

— Самое время — какой потрясающий день! — Кэтрин провела рукой в воздухе, показывая в сторону небосвода.

Марк не мог остаться в стороне:

— Да уж, а я и не заметил даже. Некоторым из нас суждено проводить даже выходные за работой в саду и общением с женой. Поверь мне, я куда охотнее сейчас пропустил бы стаканчик и почитал бы газету. Интересно, как там наша сборная по крикету.

Он рассмеялся. Роланд тоже засмеялся. Кэтрин всегда удивляло, как точно ее муж угадывал, что наврать в данный момент, чтобы выставить себя в наиболее выигрышном свете — ему было совершенно начхать на сборную по крикету, это его не интересовало никогда.

— Видели, знаем, — Роланд согласился. — Полегче с ним, Кэтрин, а то совсем измотали бедного!

Женщина улыбнулась и кивнула. Но в душе ей ужасно, кошмарно хотелось заорать во весь голос.

Покончив с ужином, Кэтрин решила сходить на поле, чтобы посмотреть, как играет Доминик. Она собрала в корзинку несколько кусочков домашнего пирога с лимоном и пару бутылок охлажденного фруктового сока. Надо покормить ребят, они, наверное, жутко проголодались.

Правила игры Кэтрин не понимала до сих пор, но надо сказать, что звук катающегося по траве мяча и аплодисментов со стороны трибун ее завораживал. Это было так по-британски. Женщина сразу вспомнила прогулки в парке из своего детства.

На поле там и тут виднелись компании школьников и родителей — кто-то читал газету, кто-то дремал в шезлонгах, и только двое обычно наблюдали за ходом игры.

В дальней стороне поля Кэтрин заметила группу подростков. Судя по их количеству, скорее всего, Доминик был именно среди этой компании. Кэтрин понадобилось какое-то время, чтобы добраться до края поля. Она бодро перешагивала через лежавшие на траве художественные книги, учебники, ползающих младенцев. Протискивалась между пледами отдыхающих и складными стульями, натыкалась на чьи-то ботинки и спотыкалась о выброшенные наколенники. Приблизившись к группе подростков, Кэтрин поняла, что рассчитала все правильно.

Доминик и несколько его приятелей нежились на травке. Кэтрин сделала вид, что не заметила, как один из них спешно прикрыл своим телом пустую бутылку из-под шампанского. Юноши и девушки были одеты по погоде — точнее, раздеты. Среди юных особ выделялась красотка Эмили Грант, свою рубашку она закатала так, что были видны мышцы пресса на ее идеальном животе. Длинные волосы Эмили спадали на лицо, а прекрасные глаза, ярко подведенные черными стрелками, смотрели на Доминика, который лежал от нее всего в паре дюймов, опершись головой на ее запястье. Эмили водила по спине Доминика своими ярко накрашенными ногтями.