Аманда Проуз - Что я натворила?

За последние девять лет Кейт окончательно убедилась, что жизнь несправедлива.

От тягостных мыслей ее оторвал телефонный звонок.

— Да, это Кейт Гавье. Ах, отлично, как вовремя. Да, да, ее обязательно встретят. Когда она будет у нас, я вам перезвоню, большое спасибо.

Судя по лежащей перед ней папке с документами, Таня Уилсон должна была прибыть сегодня в четырнадцать тридцать. Кейт взяла папку, открыла ее и пробежала глазами только самый первый лист. Как же она ненавидела эти отчеты и личные дела. Кейт вообще не нравилось, что о девушках, приезжавших в «Перспектив-Хаус», с юности начинали судить исключительно по этим коротким выпискам из личных дел и полицейских отчетов.

Еще не повзрослев, они уже превратились в предмет наблюдения, оценки, и их судьба была заранее решена. Система признавала лишь несколько вариантов характеристик для подобных девушек, и характеристики эти были далеки от положительных. Кейт каждый день приходилось пролистывать бесконечные копии личных дел, и везде она встречала слова «беспомощная» и «безнадежная».

Именно с этого момента в жизнь девушек вмешивались Кейт и ее команда. Судя по личному делу Тани, она тоже принадлежит к этой бесконечной категории. Ее мать лишили родительских прав, когда девочке было шесть лет, за жестокое обращение с ребенком. Сменив двенадцать приемных семей и два детских дома, Таня оказалась сначала в исправительной колонии для несовершеннолетних, а потом в тюрьме — за помощь в организации ограбления и незаконное ношение оружия.

Кейт была уверена, что в досье будут значиться занятия проституцией, употребление наркотиков и огромное количество психологических проблем. Захлопнув папку, женщина затолкала ее в и без того переполненный ящик стола. Нет уж, оценивать Таню она будет не по ее личному делу, а по своему впечатлению от общения с девушкой. Кейт давно перестала обращать внимание на те характеристики, которые читала в личных делах, все они казались ей одними и теми же. С точки зрения системы все обитательницы «Перспектив-Хаус» были одной и той же девушкой. Точной копией. Только вот нет, они совсем разные, и главной задачей Кейт было заставить в это поверить их самих.

Интересно, а какой ярлык наклеили на саму Кейт? Что-то вроде: «Хладнокровная и нераскаявшаяся убийца, которая, кажется, бросила своих детей и не имеет никакого уважения к системе». Тут Кейт вспомнила фразу, которую сказала когда-то сама: «Судя по всему, некоторые люди видят лишь то, что хотят видеть».

В «Перспектив-Хаус» все время происходили какие-то мелкие происшествия, и Кейт знала, что все это разруливать в конечном итоге придется ей одной, и больше никому. За все время, что она здесь прожила, ей что только не приходилось разгребать: попытки самоубийства (две), пожар (один), протекающая труба (одна), драка между девушками (шестьдесят три). Один раз ей даже пришлось принимать роды — прямо на полу ванной одна из постоялиц родила здоровенького мальчика весом чуть больше трех с половиной килограммов. Джейден Ли, как его назвали, теперь жил со своей матерью и ее новым бойфрендом в Труро. В «Перспектив-Хаус» могло быть как угодно, но скучно здесь не было никогда.

Кейт знала — как только у обитательниц этого места появится надежда на лучшее будущее, они будут готовы уехать и жить самостоятельно, начав с нуля. Но у каждой из этих девушек темпы движения к светлому будущему были совершенно разными. Если новоприбывшая с самого начала не испытывала никакого оптимизма, если у нее не было никаких поводов для радости, то путь ей предстоял долгий и тернистый. Это было под силу только самым смелым, но даже такие не всегда могли дойти до конца. Для многих из этих девушек уже само решение попытаться вырваться из привычной среды было довольно болезненным, и далеко не всем это удавалось.

Кейт усвоила горький урок: некоторые из девушек уже дошли до точки невозврата, и пытаться помочь им было бесполезно. В «Перспектив-Хаус» могли сделать их жизнь чуть легче, но часто отсюда уезжали с мыслью о том, что, возможно, не вернутся уже никогда. Тем не менее девушки знали, что двери этого дома всегда будут для них открыты, и многих из них это обнадеживало.

Мимо ее кабинета пронесся Том со стопкой полотенец в руках. Кейт окликнула его:

— Ой, привет, Том!

Он медленно развернулся, стараясь не уронить полотенца, и вернулся к кабинету Кейт:

— Да, босс?

— Не забывай, что сегодня приезжает Таня. Поезд придет в половине третьего. Приготовь, пожалуйста, что-нибудь, а то, мало ли, девочка проголодается. Хорошо?