Жужа Тури - Под одной крышей

— Вы мне дорого за это заплатите!

Но Винце не стал его слушать и вернулся в комнату. Он застал Мари стоявшей у двери, она дрожала всем телом от клокотавшего в ной негодования.

— Если бы тот подонок тронул тебя, не знаю, что бы я сделала с ним, — сказала она, — Я чувствую себя виноватой, что всегда удерживала тебя.

Они снова легли. Винце, чтобы успокоить Мари, гладил ей лицо, волосы.

— Я высплюсь и за оставшиеся несколько часов, — прошептал он, — фронтовая привычка, а вот ты… Ну, успокойся, не терзай себя.

— Что они за люди…

— Паразиты, — сказал Винце. — Жалкие, ничтожные людишки. Тысячу лет сидят у нас на шее, привыкли уже. — Голос его сразу стал суровее. — Глупцы, не понимают, что этому пришел конец.

Винце прислушался к неровному дыханию жены и, когда ее посапывание стало ритмичным, тоже уснул.

На кухне Мари увидела целую гору грязной посуды, к раковине не подступишься, плита забрызгана жиром. Она растерялась, здесь даже повернуться негде! Спустилась к Луйзе, сварила рагу, суп, но Винце не стала говорить о безобразии на кухне. Зато Луйзе отвела душу. Вскоре, когда Мари как-то вечером забежала к дворникам, сестра сказала ей о том, о чем она и сама все чаще стала думать.

— Вам надо подыскивать себе квартиру.

— Совершенно верно! — энергично подхватила Мари, но ее энтузиазм тотчас угас, она безнадежно махнула рукой. — Кто же нам ее даст, ведь у нас есть квартира.

— Обменяете! В Чепеле наверняка найдется желающий переехать в Пешт. Постарайтесь подобрать такого, у кого полдюжины детей, а то и больше.

Они вдоволь посмеялись: именно таких жильцов нужно поселить баронессе Вайтаи, многодетную семью, тогда она узнает, почем фунт лиха! О своем плане Луйза рассказала Винце.

— Почему я должен бежать? — спросил Винце. — Мы живем здесь на законном основании. Да и Мари работает поблизости, и вы, наши родственники, рядом с нами. С какой стати ей из Чепеля бегать в Андялфёльд?

— Но ведь ты добираешься отсюда в Чепель, — возразила Мари.

— Что же ты равняешь меня с собой?

— Не только из-за них, Винце, — уговаривала Мари и умоляюще посмотрела на мужа. — Разве сравнишь свою отдельную… помнишь, как в Буде…

— Согласен, но, пока не будут восстановлены разрушенные дома, нечего и надеяться на это.

Ночью, когда начался топот и прихожую огласили воинственные выкрики, Мари опять завела разговор об обмене. Винце это дело представлялось неимоверно трудным. Где найдешь такую семью, которая бы свою отдельную квартиру обменяла на коммунальную? Те, кто живет в Чепеле, обычно там и работают и вряд ли согласятся переехать в Пешт.

Прошло несколько часов, а шум за дверью не утихал. И Винце уже сам заговорил об обмене.

— Все-таки надо поискать, может, и подвернется какая-нибудь квартира в Чепеле. Поговорю с Иштваном Фараго… Если эту сдадим жилуправлению, наверняка получим ордер на другую, Луйза права…

— Ой, Винце, как я буду счастлива!

— Не радуйся раньше времени, еще нет ни квартиры, ни ордера.

На следующий вечер, когда начались беготня и звонки, Винце вышел в прихожую и, встав в дверях кухни, загородил Малике дорогу.

— Ну? — произнесла баронесса и уставилась на лоб Винце, словно это был какой-то ненавистный ей предмет.

— Вы не могли бы вести себя потише, мы с женой уже несколько ночей не спим из-за вас.

— Меня совершенно не интересует, что вы делаете ночью, — холодно процедила Малика. — Каждый волен делать в своей половине все, что ему вздумается, я не виновата, что вы вместе с курами укладываетесь спать, не так ли?

— Ну что ж, — сказал Винце, — тогда нам ничего не остается, как выехать отсюда.

— И очень умно сделаете. — Малика, тряхнув головой, дала понять, что не желает больше разговаривать и хочет пройти.

— А квартиру сдадим жилищному управлению, и вам поселят новых жильцов.

— Что это вы задумали?

— Иначе ничего не получается. Две квартиры мне не могут дать. А новые жильцы наверняка не удовлетворятся этой комнатушкой с окнами во двор. Так что советую вам подумать.

Этот короткий разговор привел к неожиданным результатам. С «половины» баронессы доносилось лишь негромкое шушуканье, и примерно через полчаса вся компания разошлась.

Спустя некоторое время раздались три звонка. Винце не шелохнулся, он уже привык к подобным выходкам, Мари тоже не пустил. Когда троекратный звонок повторился, выскочила Малика. На пороге стоял Дюрка Пинтер.

— А, — произнесла вместо приветствия баронесса, — что скажете?