Сергей Мавроди - Сын Люцифера

Я, кажется, влюбился в неё, — чувствуя, как сладко сжимается и то пылает, то млеет его сердце, понял наконец Парин, осторожно и бережно прикасаясь самыми только кончиками пальцев к ней, к своей Галатее. — Да, я влюбился в неё! Как Пигмалион!

— Вы действительно хотите, чтобы она ожила?

— Да! — механически ответил Парин и тут же с ужасом воззрился на своего соседа.

Откуда он знает?.. Может, я вслух?..

— Да нет, нет, Виталий Витальевич, не вслух! — тут же снисходительно заверил его с удобством расположившийся рядом с ним на скамейке изящный и элегантный мужчина средних лет, чем-то неуловимо похожий на того… хозяина ателье… или салона… Парин даже и не заметил, когда тот к нему подсел. Так он был занят своими мыслями. — Просто я дьявол. Я всё знаю.

— Кто-о?!.. — Парин в изумлении вытаращил глаза. — Вы — дьявол?!

— Ну да! — легко рассмеялся его собеседник и кивнул. — Что, не похож?

Парин, не отвечая, по-прежнему во все глаза смотрел на своего странного соседа. Он даже не успел ещё решить, как ему себя вести. Что это? Шутка дурацкая?.. Но откуда всё-таки он?..

— Так Вы хотите или нет? — мужчина неторопливо откинулся на спинку скамейки и рассеяно окинул глазами сквер. Деревья, скамейки, молодых мам с колясками, играющих детей… — Решайте скорей.

— Что "хочу"?.. — неуверенно переспросил Парин, просто, чтобы хоть что-нибудь сказать. Псих, наверное, какой-нибудь?.. Но откуда он?!.. И имя-отчество!!! Он же меня!!..

— Послушайте, Виталий Витальевич! — мужчина лениво покосился на совершенно растерянного Парина. — Считайте, что над Вами сжалились боги. Как в мифе. И я их посланник. Меркурий, — он хмыкнул, помолчал немного, потом отвёл глаза и вновь принялся с видимой скукой обозревать окрестности. Деревья-скамейки-коляски. — Не могу же я, согласитесь, голый и с крылышками на сандалиях являться? — мужчина длинно зевнул. — Не те времена. Здесь вам не Древняя Греция. Вообще скучно у вас здесь, — сообщил он после паузы и снова зевнул. — Ну, так Вы хотите или нет?

— А-а… Яа-а…

— Вы что, боитесь чего-то, что ли? — с любопытством взглянул на Парина его удивительный сосед. — Вы же, вроде, только об этом и мечтаете?

— А-а… Яа-а… — опять затянул своё окончательно ошалевший, сбитый с толку и потерявший способность соображать что-либо Парин.

— Скажите просто: хочу, — терпеливо, как ребёнку, подсказал ему… дьявол?.. посланец богов Меркурий?.. обычный псих с лавочки?.. — Ну?.. Хо-чу?..

— Хо-чу, — послушно повторил вслед за ним ошеломлённый Парин. Он находился словно в каком-то забытье.

— Ну, и прекрасно! — мужчина удовлетворённо кивнул и поднялся со скамейки. — Всего наилучшего, Виталий Витальевич! Желаю счастья!

Парин не шёл и даже не бежал, а просто летел к своему дому! Как выпущенный из пушки снаряд. Его будто гнала вперёд какая-то невидимая сила.

А вдруг!? А вдруг!!?? А вдруг!!!??? — тысячами маленьких молоточков стучало у него в висках. — А вдруг!!!!!!!???????

Го-споди!.. — Парин почувствовал, что ноги его не держат и обессилено прислонился спиной к двери. — Гос-спо-ди!

Немыслимо-прекрасная девушка — ожившая каким-то невероятным образом божественная мраморная скульптура — улыбаясь, смотрела на него.

— Привет! — девушка улыбнулась чуть шире, сверкнув ослепительно-белыми, безукоризненно-ровными зубами.

— Да… Привет… — Парин с трудом поднял дрожащую руку и провёл ладонью по вспотевшему лбу. Он ощущал себя одновременно и безумно счастливым и каким-то опустошённым. Как человек, у которого сбылись внезапно все его желания. Причём сбылись вдруг! без всякой подготовки и совершенно неожиданно. Он как будто опьянел даже слегка! — Ты?..

(Ты что-нибудь помнишь?.. Кто ты?.. — хотел спросить он.)

— Я всё знаю, — не дала докончить ему девушка. Она была абсолютно спокойна. Олимпийски. Как и подобает подлинной богине.

— (Так она же и есть богиня! — восхищённо сообразил Парин. Мысли у него беспорядочно метались. Как молекулы при броуновском движении. — Галатея… Это же богиня какая-то?.. Как же я раньше-то не вспомнил?.. Нереиды… Галатея… В "Фаусте"!.. Ну да… Гомункулус. Который разбился потом о её колесницу…)

А-а… Что Вы… ты… знаешь?.. — не закрывая рта, как во сне переспросил он, даже не сознавая до конца смысла своей фразы. Он всё любовался и любовался своей ожившей мечтой и не мог никак отвести глаз.

— Ну, что ты меня оживил, — пояснила девушка. — Спасибо.

— Да… Пожалуйста… — пробормотал Парин.

Его будто внезапно что-то кольнуло. Сердце вдруг болезненно заныло. То, как она это сказала!.. "Спасибо"… Как-то не так… Да вообще как-то не так всё шло! Он совсем другого чего-то ожидал! Как-то по-другому всё это себе представлял! Эту их встречу. Самую первую… Да нет! Он вообще, конечно, никак её не представлял! он и поверить не мог никогда, что такое вообще возможно, но…