Сергей Мавроди - Сын Люцифера

— Я!.

— Прощайте, Вячеслав Андреевич.

Мужчина исчез. Дубинский некоторое время смотрел, тяжело дыша, на то место, где он только что стоял, потом поискал глазами, куда бы сесть. Ноги его не держали. Внезапно прямо посередине помещения возникли из ниоткуда кресло и стол с дисплеем и клавиатурой.

Дубинский, ничему уже не удивляясь, равнодушно подошёл к креслу и тяжело рухнул в него. В висках стучало. «Одну! Только одну!.. Кого?!..» Он даже не думал, что всё это значит, как это будет выглядеть и пр. и пр. Технические детали его сейчас не интересовали. Его интересовала только проблема выбора.

Кого?! Выбрать… Предпочесть… «Предать"… Кого!!!???

— На нас напали!! — встревоженная Анабель стояла в дверях, не решаясь войти внутрь и с опаской поглядывая на мягко мерцающий экран монитора.

— Кто?! — резко обернулся Дубинский. Он почувствовал, что сердце у него сжалось. Подсознательно он ждал чего-то подобного.

— Все! — мрачно усмехнулась Анабель. — Белые… монстры… все! Такое впечатление, что их здесь всё королевство собралось. Рендел погиб. Кэри и Джи ранены.

— Та-ак!.. — Дубинский покусал губы, пытаясь успокоиться. — А вы с Роа?

— Я пока нормально, — пожала плечами Анабель.

— А Роа?

— А Роа исчезла.

— Исчезла?!.. — Дубинский медленно привстал с кресла. В душе с серебряным звоном рвались какие-то тоненькие струны. — Как исчезла?

— Так! — Анабель взглянула Дубинскому прямо в глаза. — Исчезла — и всё. Её нигде нет. И никто ничего не видел.

— Мне надо ещё пять минут, — безжизненным голосом произнёс Дубинский, кинув беглый взгляд на экран. — Чтобы… открыть ворота. (Он чуть было не сказал: активировать программу.)

— Хорошо, я поняла, — женщина кивнула и повернулась, чтобы выйти.

— Анабель! — негромко окликнул её Дубинский.

— Да? — обернулась та.

— Не умирай, пожалуйста, — тихо попросил Дубинский. — Пожалуйста! Не умирай.

— Ну что?! Как дела?! — Дубинский на секунду оторвался от компьютера. Проклятая программа никак не хотела запускаться!

— Всё замечательно! — Анабель вытерла залитое потом и кровью лицо и с трудом улыбнулась. — Бой был прекрасным! Все погибли. Они умерли как герои и попадут в рай. Осталась я одна.

— Что-о?!.. — Дубинский почувствовал, что губы у него прыгают, а глаза застилают слёзы. — Что-о-о?!.. («Лучше не погибайте!.. Не советую!» — внезапно всплыло в памяти грозное предостережение.) Мне надо ещё полминуты! — с отчаянием глядя на экран, воскликнул он. — Всего полминуты!

— Да, любимый. Не спеши! У тебя будут эти полминуты, — женщина ласково улыбнулась ему, кивнула на прощанье и вышла. Дверь хлопнула. Дубинский даже не успел ничего сказать.

— Анабель!.. — закрыв глаза, в смертной муке простонал — Анабель!.

«Ворота открыты».

Наконец-то! Дубинский вскочил, опрокинув кресло, и ринулся к выходу.

Анабель сидела, прислонившись спиной к стенке куба. Руки её безжизненно свисали вдоль туловища, голова была опущена. Казалось, что она спит или о чём-то глубоко задумалась.

— Анабель!.. — тихонько окликнул её Дубинский и, обмирая, тронул легонько за плечо. Тело мягко завалилось на бок. Женщина была мертва.

Дубинский, холодея, поднял глаза. Всё пространство у входа было завалено трупами. Монстры… люди… все вперемешку. Тела громоздились горами.

А невдалеке стояли белые. Их было много, очень много. Безукоризненно ровные ряды, сверкающие на солнце латы. Это были не те разрозненные отряды, с которыми они до сих пор воевали. Это было настоящее войско. Регулярная армия.

И впереди стоял весь закованный в броню белый рыцарь на великолепном белом коне и в закрытом наглухо шлеме с белыми перьями.

Белые стояли совершенно неподвижно и молча смотрели на Дубинского. Потом рыцарь медленно поднял руку, снял шлем и встряхнул головой. Длинные белоснежные волосы рассыпались по плечам. Это была Роа!

— Ты?! — выдохнул потрясённый Дубинский не веря собственным глазам. — Ты?..

— Удивлён? — ослепительно улыбнулась ему Роа.

— Но почему?! — потерянно, как во сне, пробормотал Дубинский. — Почему?..

— Потому что я королева! Этой страны.

Дубинский посмотрел на гордое и надменное лицо своей бывшей возлюбленной и понял, что это правда.

— А они? — он взглянул на тела своих недавних товарищей. — Как же они!?

— Они государственные преступники, — холодно отчеканила Роа. — И получили лишь то, что заслужили. Забудь о них!

— А?.. — Дубинский перевёд взгляд на Анабель.

— Её больше нет, — равнодушно заметила Роа. — Она мертва.