Михаил Самарский - Подлинный Сократ

– Кеша, да отстань ты от кота, – на моё спасение произнес Михаил, – отпусти его. У него же голова закружится.

– Сократ, пойдем играть, – мальчишка поставил меня на пол и направился к двери.

– Внук, вы там поосторожней с играми, – обратился дядя Леня и заметил, – давайте без порчи имущества, а то бабушка приедет, все вместе получим нагоняй.

– Дед, мы будем тише воды, ниже травы, – улыбнулся мальчишка и поманил меня пальцем.

Не успели мы выйти за дверь, как мальчишка, наклонившись ниже ко мне, заговорщическим голосом произнес:

– Сократ, пока бабушки нет, пошли на велике покатаемся.

Я аж подпрыгнул от радости. Сколько же дней я не был на улице. Проходя мимо кухни, мальчишка приложил палец к губам, призывая меня к молчанию. Валентина, не замечая нас, занималась домашними делами, мы потихоньку прошмыгнули и через мгновение оказались на улице. Не знаю, что со мной случилось в тот момент, может быть, так соскучился по свободе, а может свежий воздух меня опьянил похлеще валерианы, я принялся носиться, как заводной. Валялся на траве, кувыркался, бегал по газонам, нюхал цветы, при этом бесконечно чихал, залазил на одно дерево, тут же с него спускался и карабкался на другое. Потом окончательно выбился из сил, рухнул на траву, раскинул лапы в сторону, как морская звезда и, глядя на голубое небо, по кошачьи счастливо улыбался. Эйфория от свободы накрыла меня с головой. Мальчишка, все это время не отстававший от меня ни на шаг, за исключением лазания по деревьям, присоединился ко мне. Повторив мою позу, он раскинул руки в сторону и так мы лежали некоторое время, молча любуясь кудрявыми облаками.

– Мне бабушка с дедом велик подарили, – похвастался мальчик и, подняв вверх прямую ногу, добавил, – вот смотри, коленку содрал. Знаешь, сколько я шишек набил, пока научился ездить. Я никак не мог найти общий язык с велосипедом. Он постоянно взбрыкивал на ровном месте, руль так и норовил вырваться из рук, а педали хотели жить собственной жизнью. Но с каждым разом мой железный конь становился все послушнее и послушней в управлении. Знаешь, как я горжусь тем, что научился самостоятельно ездить. Когда я проехал первые несколько метров и не упал, для меня это был настоящий праздник. А сейчас гоняю уже, как Шумахер. Теперь вот хочу тебе продемонстрировать свое умение. Пошли, – мальчишка подпрыгнул на ноги и, кивнув мне головой, побежал за угол дома.

Кеша был невероятно шустрым парнем, я едва поспевал за ним. Мы повернули за угол. Возле дома стоял ярко красный велосипед. Над задним колесом была приделана металлическая корзина.

– Смотри, я даже багажник прицепил, чтобы тебя катать, – сообщил мальчик, показав на приспособление над задним колесом, – собирайся, Сократ, сейчас мы с тобой отправимся в путешествие.

Мне собираться, что голому подпоясаться. Я всегда готов.

– Запрыгивай, – скомандовал мальчик и похлопал рукой по корзине.

Для меня это было проще простого, я не такие барьеры покорял. Ловко запрыгнул в корзину и довольно мяукнул. Мальчик взялся обеими руками за руль велосипеда и покатил его по каменистой дорожке к воротам. Оказавшись за территорией двора, Иннокентий оседлал велосипед, поставил ногу на педаль, нажал на нее, и мы покатились вперед. Сначала железный конь вилял из стороны в сторону, при этом меня качало так, словно я попал в шторм. Хоть я ни разу не был в море, в тот момент мне показалось, что именно так ощущается качка. Кеша старательно крутил педали, велосипед набирал скорость и постепенно движение выровнялось. Мы вихрем промчались по одной улице, затем свернули на другую. На ровной асфальтированной дорожке езда приносила удовольствие. Я глазел по сторонам, рассматривая неизвестную местность.

– Мы с тобой едем на озеро, – не оборачиваясь, громко сообщил Кеша, – оно тут недалеко. Пока бабушки нет, мы быстро смотаемся туда и обратно. Она даже не узнает, что тебя не было дома. Она боится тебя выпускать, думает, что ты можешь убежать.

А куда мне бежать? Моих хозяев все равно нет. Если бы они были дома, я бы точно убежал и ни сколько не сомневаюсь, что нашел бы дорогу. Мы коты, имеем устойчивую связь с местом своего обитания. Если нас увезти в незнакомое место, то нам не составит особого труда преодолеть путь свыше ста километров, чтобы вернуться обратно. Я слышал массу историй о том, как мои соплеменники преодолевали сотни километров, чтобы вернуться в «родные пенаты».

Асфальтированное покрытие неожиданно закончилось и началась проселочная дорога, усыпанная мелким гравием.