Элисон Скотч - Мелодия во мне

Какой-то мужчина широко распахивает дверь. Красивый мужчина, такая суровая, грубая мужская красота, морщинки возле глаз, густой загар на лице, несмотря на конец осени. При виде меня у него вытягивается лицо.

– О боже! – восклицает он в полнейшем смятении. – Ты приехала!

Она выглядит точно так же, как и девятнадцать лет назад. Впрочем, вполне возможно, он ошибается. Нельзя полагаться только на собственную память, тем более сейчас, когда он столько раз видел ее лицо в разных новостных программах, да и на обложке журнала «Пипл». Вполне возможно, эти два образа, той, прежней Нелл, и Нелл сегодняшней, слились в его восприятии в нечто единое. Воспоминания перемешались с реальностью, и потому ему кажется, что Нелл не изменилась. Она устроилась на кушетке, потягивает свежезаваренный кофе, который он ей приготовил, и изо всех сил старается не глазеть по сторонам. Но ведь прошло почти двадцать лет. Трудно удержаться от того, чтобы не броситься разглядывать все подряд.

– Так это вы здесь живете, – говорит она. – А я думала, здесь живет мой отец.

– Да, здесь живу я, – повторяет он уже в третий раз.

Разумеется, он читал о том, что у нее амнезия. А потому не следует делать никаких резких движений. И не допускать никаких диссонансов во время беседы. Но держать себя в рамках довольно трудно. Свалилась как снег на голову, и совсем без памяти. Тут и сам почувствуешь себя слегка контуженным.

– А вот эти ключи? – Она отставляет в сторону кофе и взмахивает в воздухе знакомой связкой ключей. – Это вы мне их прислали?

Он молча кивает. Снова повторение. Ведь эту подробность они уже выяснили в самую первую минуту, едва переступив порог дома.

– Да, послал вам где-то в марте. – Он слегка откашливается. – Сопроводив коротенькой запиской.

– Никакой записки я не видела.

Она сосредоточенно хмурит лоб, как будто факт исчезновения сопроводительной записки есть самое непонятное из того, что с ней приключилось за последние месяцы. Она, видите ли, не нашла записки!

– Но я посылал! – отвечает он и раздраженно пожимает плечами. И тут же снова спохватывается. А где же галантное обхождение истинного кавалера? – Я сообщил вам, что моя мать умерла и что она хотела, чтобы я поставил вас в известность о ее кончине. Чтобы вы знали, что ее больше нет, но дом по-прежнему стоит на том же месте, и вам всегда здесь рады. – Он подавляет тяжелый вздох. – Но вы ничего не ответили мне и даже не перезвонили. Я хотел сам связаться с вами, когда узнал из новостей, что случилось. Но потом подумал, что раз вы храните молчание, значит, не желаете ничего слышать обо мне. Не хотите ворошить прошлое и все то, что с ним связано. Если честно, то я вас вполне понимаю и ни в чем не виню.

Ну и куда меня понесло, раздраженно соображает он. Хотя и понимает, что разговор, каким бы неприятным он ни был, следует довести до конца. А вот собственные неприятности сюда не стоит впутывать ни под каким предлогом.

– Вашу маму зовут Хетер.

– Да. Вы ее помните?

– Немного, совсем смутно… Во сне. – Она замолкает и обхватывает себя руками, зябко поеживаясь. Видно, изрядно замерзла. На улице действительно свежо. – Но я не понимаю… И у меня столько вопросов накопилось.

Он разглядывает ее, прикидывает, чем можно поделиться с ней за один разговор и что такого рассказать, что не взбудоражило бы ее и не подтолкнуло на новые приключения. А она мало похожа на ту себя, прежнюю. Хотя чему удивляться? Человек столько пережил… На ее месте любой бы стал другим.

– Ваш приятель, который в машине… Надо бы пригласить его в дом…

Она вздрагивает, как человек, начисто забывший о том, что его кто-то ждет. Потом резко подхватывается со своего места, задевает коленкой столик, чашка с кофе летит на ковер.

– Все в порядке! – успокаивает он ее. – Ступайте за своим приятелем, а я тут пока приберусь. И приготовлю нам по паре коктейлей. Кажется, у меня в холодильнике есть немного колы и вино. И это все, чем я располагаю. Не был готов к приему гостей, тем более поздно вечером в понедельник.

Она склоняет голову набок и замирает на месте, разглядывая его с чисто детским любопытством. Так дети рассматривают животных в зоопарке.

– Кола, – повторяет она едва слышно, словно сами звуки, из которых складывается слово, гипнотизируют ее.

– Да. Несколько банок колы у меня есть.