Джози Силвер - Один день в декабре

Я умолкаю. Джек спит. Надеюсь, ему снятся хорошие сны.

Сволочи, гады, уроды! Я швыряю мобильник на кофейный столик, заставленный грязными кружками и остатками еды, и плюхаюсь на продавленный диван. Погода отвратная, тошнотворно яркое солнце режет глаза. Будь я способен двигаться, я бы встал и задернул шторы. Но я не могу двинуть ни рукой, ни ногой. Все, что мне остается, — опустить веки. Можно еще завалиться спать посреди дня. Самое подходящее занятие для безработного. Вот что бывает, когда слишком много о себе воображаешь и увольняешься с прежней работы, еще не устроившись на новую. А потом тебя сбивает на улице бедолага, которого инсульт хватил прямо за рулем «вольво». Все вокруг твердят: «Радуйся, что остался жив», «Надо во всем видеть хорошее» и прочую хренотень. Что, черт возьми, хорошего в том, что я лишился работы, о которой мечтал всю жизнь?! И не только мечтал, но и делал все возможное, чтобы ее получить. Вертелся, как паршивая белка в колесе, прошел через десяток деловых встреч и собеседований. Мне пожимали руку и поздравляли с новым назначением. Оставалось только поставить подпись на контракте, и все — готово! Я получаю должность своей мечты. И тут — бац! — все летит к чертям собачьим. Я попадаю на больничную койку, а какой-то гребаный Джонни Никто и Звать Никак занимает мое место. А мне дают пинка под зад, и теперь уже я — Никто и Звать Никак, и если так пойдет дальше, через два месяца я буду не в состоянии платить за квартиру. Чертовы доктора не говорят толком, могу ли я когда-нибудь нормально слышать правым ухом. А кому нужен глухой диджей? Ровным счетом никому. И что же мне, спрашивается, теперь делать? Переехать к Саре на квартиру, которую она делит с какой-то клячей, своей сослуживицей? Нет, это дерьмовый выход. Кляча мигом доложит хозяину дома, что в квартире незаконно проживает лишний жилец. Она и соседство Сары терпит с трудом, а меня, похоже, возненавидела с первого взгляда. И уж конечно, считает, что самое подходящее для меня жилье — картонная коробка на берегу Темзы. Увидев, как я вылезаю из этой коробки, эта мегера, конечно, будет чертовски довольна, но вряд ли бросит мне пару монет на чашку чая.

Ох, блин, я слышу, как в замке поворачивается ключ. И почему только у меня не хватило ума запереть дверь на засов? Билли уехал на свадьбу какого-то своего родственника, Фил, звукоинженер с моей прежней работы, сейчас отдыхает на Гоа. Это означает, что припереться сюда может один-единственный человек — Сара. Сара, с ее никогда не гаснущей улыбкой и круто замешанной жизнерадостностью. А все, что мне сейчас хочется, — проглотить какую-нибудь готовую еду, киснущую в холодильнике, и посмотреть по телевизору футбол. Футбол, заметьте, я терпеть не могу.

— Джек? Это я! Ты где?

— Здесь, где же еще, — ворчу я в ответ.

Сара появляется в дверях, загорелые ноги до ушей, короткое розовое платье в обтяжку. Меня пронзает стыд за то, что я валяюсь на диване в спортивных трусах не первой свежести. Сара ездила в командировку в Эксетер, и честное слово, я не ждал ее раньше завтрашнего дня. От этих дерьмовых болеутоляющих я совсем выжил из ума. Штаны, конечно, надо переменить.

— Выглядишь так, словно всю ночь провел в наркопритоне, — пытается пошутить Сара. — Или вспоминаешь золотые студенческие денечки. Так то или другое?

Господи, Сара, я не в состоянии прикалываться!

— Ни то ни другое, — бурчу я, не глядя на нее. — Чувствую себя гибридом зомби и тушеного цыпленка.

— Гибрид зомби и тушеного цыпленка?! — беззаботно смеется Сара, собирая со стола грязные кружки. — Похоже на название фильма в стиле арт-хаус.

— Оставь ты эти дурацкие кружки. Потом сам уберу.

— Мне нетрудно.

— Мне тоже нетрудно.

Сара пристально смотрит на меня, и ее сияющая улыбка блекнет.

— Пожалуйста, позволь мне хотя бы немного о тебе позаботиться. Пожалуйста!

Я сдаюсь, закрываю глаза, растягиваюсь на диване и позволяю ей наводить порядок в моем хлеву. Чувствую себя трудным подростком, в комнате которого хозяйничает мама. Господи, какая я скотина! До меня долетает запах Сариных духов, пряный, экзотический, он напоминает мне о веселых вечерах в барах и о бурных ночах в постели. После той чертовой аварии мы ни разу не занимались сексом. Честно говоря, до аварии мы тоже занимались им не так уж часто. Из кухни до меня доносится шум льющейся воды и звон посуды. Сара включает радио. Аромат ее духов смешивается с запахом вчерашнего соуса карри и моего застарелого пота. Не слишком приятное сочетание.