Тамара Лисицкая - Идиотки

Чмок в щечку.

— Так не пойдет. Целуй по-взрослому!

— Ирка, отстань! Я хочу спать!

— Целуй, говорю!

Она схватила его за подбородок и силой попыталась развернуть к себе.

И через секунду оказалась на полу.

— Больно? — Рома уже суетился рядом, помогал встать.

Ирочка была вынуждена пару раз хорошенько встряхнуть головой. Не показалось ли? Судя по тому, какой странный угол у всех предметов, нет.

— Сама виновата, — лепетал Рома. — Я же тебя предупреждал! А ты…

— Ромка! Ты меня ударил?

— Нет, я просто оттолкнул. Машинально. Прости.

— Ты меня ударил! Надо же…

Она поплыла к двери как Белая Панна: тихо, отстраненно. Рома стоял, прижимая к себе подушку, и на лице его было столько страдания, что изверг сжалился бы и простил. Но он, Рома сам себя не простил бы. Чем дальше уходила Ирочка, тем хуже ему становилось. Как он мог ударить? Вообще ударить? А тем более девушку, близкого человека?

— Знаешь что? — Ирочка обернулась, глядя в космос. — Знаешь? Я никогда бы не подумала, что у меня муж дебошир и хулиган… Социально опасный. В следующий раз привлеку к ответственности. Будешь пятнадцать суток без телевизора.

— Это была самозащита, — Рома улыбнулся. Она шутит. Слава Богу. Значит, не так уж он ее и обидел. Хотя, конечно, обидел.

Ирочка забралась в свою постель и долго лежала, не моргая и глядя в черный потолок. Ей почему-то показалось, что она стала взрослее. Какое отношение к взрослости имел строптивый Рома, она не знала.

Но что-то изменилось.

Потом дверь скрипнула, появилась Ромина голова.

— Слушай, ты все еще боишься спать одна?

Ирочка пожала плечами в темноте.

Топ-топ-топ, как собака к кормушке, и Рома прыгнул к ней в постель.

— Я решил тебя чуть-чуть погреть… Ну, пообнимать по-дружески. Можно обнимать человека без секса?

— Не знаю, — честно ответила Ирочка.

— Тогда давай попробуем.

Утром Маргарита Петровна тихонько поскреблась в дверь Лены:

— Ты спишь? Лена? Спишь?

Сначала Лене показалось, что ей это просто снится: мама что-то говорит, держит Мурку на руках, а Мурка вдруг начинает закатывать глаза и как будто теряет сознание. И почему-то понятно, что она умирает.

— Еще слишком рано, — говорит мама, — Перезвоните позже.

Но Мурке нужна помощь прямо сейчас. Что значит рано?

— Она спит.

Она не спит! Ей плохо! Мама! Ты что, не видишь?

— Хорошо, я попробую еще раз… Лена! Леночка! Тебя к телефону!

Лена вскочила как ошпаренная. Вот она, старушка Мурка, валяется на подушке, как обычно. Зевает, с сонной улыбкой щурится на утреннее солнце в шторах.

— Кажется, проснулась…

Лена выскочила в коридор. Так и есть. Мама в ночной сорочке, лохматая, без очков. Держит трубку.

— Это Сергей. Я ему сказала, что ты еще спишь, но он очень просил разбудить. Говорит, срочное дело.

— Спасибо. — Лена взяла трубку, дождалась, пока Маргарита Петровна удалится к себе. — Я слушаю!

— Лена?

— Да.

— Слушай… Я тут не знал, кому позвонить… Короче, у меня сын родился!

— Сын? У тебя?

Ну, да! Илона была беременная! Так что ничего странного! Обычно беременность заканчивается рождением сына или дочки!

— Ой, Серега… С ума сойти можно!

— Вот и я о том же…

— Я тебя поздравляю…

— Спасибо…

— Что ты будешь делать?

— Ничего. А что я могу сделать? Вот, позвонил тебе. Потом, может быть, родителям скажу. Что еще?

— Ну, а увидеть? Сына увидеть?

— Увидеть? — в его растерянном голосе прорезалась, наконец, знакомая нота сомнения. — Как? Зачем?

— Это же твой ребенок!

— И что? Во-первых, он сейчас в больнице, меня туда не пустят. Во-вторых, мы с Илоной договорились, что я не буду претендовать и мешать…

— Да при чем тут это! Не претендуй! Просто езжай туда, постой под окнами. Ей будет приятно!

— Ты думаешь?

— Я уверена!

— Ладно, рассмотрим твое предложение… А ты со мной поедешь?

— А я-то зачем? Это ваши дела!

— Ну, посидишь в машине…

Что-то часто ей приходится сидеть в машине, пока Сергей решает свои интимные вопросы.

— Мне кажется, я буду только мешать.

— Да ты что! — он заволновался. — Ты мне так помогаешь! Просто чума! Я с тобой чувствую себя увереннее. Короче, собирайся, заеду через полчаса.

Наташа проснулась в своей тесной маленькой комнатке, рядом сопели Виолетта с Элеонорой. На полу сонно почесывала длинную ногу Анжелка. За стенкой мяукала Сусанна. Кормилась.

— Наташка? — звонким шепотом спросила Анжелика. — Не спишь?