Тамара Лисицкая - Идиотки

— Да поспишь еще! Мальчик у вас родился!

Ирочка почавкала сонным ртом. Что-то пили вчера? Ах, да… День рождения был, Наташкин… Видимо, сильно пили…

— Мальчик? И что, мне теперь прыгать от радости?

— Можешь не прыгать, конечно…

— Ленка, я тебе вчера свой плащ не давала?

— Нет… какой плащ? Я тебе о детях…

— Значит, приснилось… Приснилось, как будто плащ кому-то одолжила, а его испортили…

— Ладно, Ирка, пока.

— Пока.

Был ли смысл звонить? Ирочка зарылась в мягкие подушки. Такие бестолковые у нее подруги, просто смерть.

А Лена осела у себя в монтажке и стала думать, кому еще звонить? Маргарите Петровне уже доложила, та страшно обрадовалась. Наташка тоже одобрительно хмыкнула, особенно ее поразил тот факт, что родился мальчик. У них-то все больше девочки рождались, хи-хи… Кому еще?

Видеоинженер Коленька смачно жевал хот-дог. Недавно открылись симпатичные палатки быстропита, и теперь народ с упоением поедал всякий вредный фастфуд. Рот Коленьки был забит по самую черепную коробку.

— У Сергея сын родился! — завопила Лена, только-только он появился в монтажной.

Коленька был вынужден слегка ускорить перемол пищи. Выглядело это страшно и отвратительно, но Лена терпеливо ждала, ей была интересна реакция милого друга видеоинженера.

— А как у него может быть сын на стороне? — спросил Коленька, как только его челюсти стали пригодны для разговоров. — Он ведь в тебя влюблен!

— Что? — обалдела Лена. — Какая сторона? Какая любовь? У него есть жена! Вернее, была! И она ему родила сына!

— А ты какое отношение имеешь ко всей этой истории?

— А я его друг!

— Друг? Ты это жене скажи! Друг! Хотел бы я увидеть женщину, которая поверит в то, что ты можешь быть другом!

— Это почему? — она даже минимально обиделась. — Что ж я, плохой человек, что ли?

— Ты КРАСИВЫЙ человек. И в этом вся беда!

Коленька вернулся к хот-догу, а Лена осталась сидеть красная и взволнованная. Столько всего сразу сообщил ей этот нелепый товарищ. И, знаете, она была готова услышать что-то в этом роде. Время идет, люди меняются, становятся увереннее в себе. Страшно только после первого комплимента. Была готова услышать, но не прямо сейчас… Как-то неловко, право…

Наташа приехала на полчаса раньше. Надо накраситься, осмотреться. Клуб новый, кинотеатр старый. Когда-то давно они с девчонками бегали сюда смотреть «Человека-амфибию» — тогда еще в кинотеатры ходили, хоть и показывали там старье и индийские мелодрамы. Все были влюблены в Коренева и всем не нравилась Вертинская. Каждая представляла себя на ее месте.

Теперь малолетние морковки могли бы представлять себя на месте Наташи.

Кумиром этого времени была не Вертинская, ее современные дети не знали. А вот Стриптизерша уже вполне могла быть кумиром этого времени.

— Где стриптизерша? — заволновалось за кулисами. — Приезжала стриптизерша?

Наташе пришлось сделать определенное усилие над собой, чтобы понять и согласиться с тем, что стриптизерша — это она.

— Приехала! — она подняла руку и ждала, когда же объявится тот, кто искал.

Подбежал некто, деловито окинул взглядом ее условно прикрытое зело.

— Хорошо. У вас сколько номеров?

— А сколько надо?

— Мы договаривались на три.

— Хорошо, будет три.

— Вы костюмы меняете?

— Нет.

— Плохо, очень плохо, — сказал некто, но ему ничего не оставалось, кроме как согласиться с таким раскладом.

Зато Наташа серьезно призадумалась над гардеробом.

Ее единственный костюм достался ей в наследство от неизвестной гастролирующей группы танцовщиц. Костюм был испорчен и оставлен минскому администратору. А тот отдал комок бисера и блесток Наташе. Вот так она и приоделась.

Но теперь, видимо, придется раскошелиться. Без орудий труда не обойтись.

И Наташа начала сухо, математически составлять портрет суперсексуального костюма, возбуждающей мечты любого европейского сибарита. И чтобы не дорого. Важная составляющая.

— Простите! — это снова вернулся некто администрирующий. — Я хотел уточнить… На всякий случай, потому что потом обязательно возникнут вопросы. Вы частные выезды берете?

— Что?

— Ну, если кто-нибудь из отдыхающих захочет провести с вами время…

— Нет, я не проститутка.

Он снова хотел сказать «плохо», но сдержался. Только кивнул, как будто Наташа только что отказалась от стакана минеральной воды без газов.

А Ирочка собрала рюкзачок, бросила туда какой-то непонятный хлам, какие-то жевательные настилки, джинсовую куртку и присела на дорожку. Внизу ее уже ждал знакомый белый минибус, проверенный товарищ. Предстояла поездка в Москву.