Тэд Хеллер - Офисные крысы

КОМУ: ВСЕМ СОТРУДНИКАМ ВСЕХ ФИЛИАЛОВ

ОТ КОГО: РУКОВОДСТВО «ВЕРСАЛЯ»

ТЕМА: КАДРОВЫЕ ПЕРЕСТАНОВКИ

Совет директоров корпорации «Версаль паблишинг инкорпорейтид» с радостью и гордостью сообщает вам, что Мартин Стоукс вступает во вновь вводимую должность исполнительного редактора: Творчество, должность генерального директора: Творчество отныне упраздняется.

Как вы знаете, Мартин был преданным и растущим сотрудником «ВПИ» на протяжении семи лет, и мы уверены, что вы все с радостью и аплодисментами встретите это назначение. За время его четырехлетнего пребывания во главе журнала «Бой» тираж журнала вырос с 25 000 до 1 000 000 экземпляров, и «Бой» выиграл три национальные журнальные премии.

Заканчивая на грустной ноте, сообщаем, что Софи Виллард, главный редактор журнала «Ши» с 1943 года, уходит на пенсию, приказ вступил в силу. Нам будет крайне не хватать присутствия живой легенды, так всех вдохновлявшей.

В тот день, когда это сообщение высветилось на мониторе моего компьютера — и на тысячах других в офисах «Версаля» от Скандинавии до Юго-Восточной Азии, — Регина яростно захлопнула свою дверь. Ей хотелось, чтобы этот угрожающий хлопок услышали во всех офисах и Стокгольма, и Сингапура.

Люди старались пока не попадаться на ее пути.

— Так, значит, мы запускаем труппу швейцарских мимов в разделе «Они на взлете» в мартовском или апрельском выпуске. У нас есть еще статья Зака о скульпторе… это будет страница с фотографией скульптора и с парой снимков его работ…

Бетси делает обзор материалов для последующих номеров. Идет большое совещание с участием редколлегии, художественного отдела и отдела моды.

— Что-нибудь еще? — спрашивает она, глядя на нас сквозь модные, но слегка смахивающие на старушечьи очки. — Таким образом, на данный момент у нас есть свободные полстраницы.

И тогда это случается.

Айви поднимает руку. У меня обрывается сердце, мошонка сжимается, а горло перехватывает, как будто в легких вместо воздуха оказывается непригодный для дыхания газ.

— Есть предложения? — спрашивает Бетси с легкой снисходительной улыбкой.

Теперь ее очки сидят на самом кончике носа, и получается, что она смотрит вверх и вниз одновременно. Она выглядит моложе своих сорока пяти, но все равно сильно напоминает одного из «Едоков картофеля» Ван Гога.

— Есть немецкая театральная музыкальная труппа под названием «Невро Евро-Ахинея», — говорит Айви. — Они ставят антрепризы с элементами кабаре по мотивам Брехта — Вайля — Макса Рейнхарда. Сейчас они имеют бешеный успех в Германии и Франции, а этим летом в течение нескольких месяцев будут давать представления в театре «Паблик». Они могут стать новыми «Стомп», «Блу Мэн Групп» или «Цирк-дю-Солей».

Ее голос звучит так невозмутимо, так уверенно и даже профессионально… вне сомнения, это выучка Найтингейл-Бэмфорда. И это все срабатывает… предложение принимается! Теперь наконец я могу дышать.

— Звучит заманчиво, — говорит Бетси.

Джеки спрашивает Айви, сможет ли она взять интервью у одного-двух членов труппы. И Айви отвечает утвердительно: ее отец знаком с главой их управляющей компании.

— Вот каково иметь папочкой Джимми Купера, — говорит Марк Ларкин, делая что-то странное со своим подбородком (со стороны выглядит так, словно он пытается поменять местами верхнюю челюсть с нижней), — окупается, а?

— Уверен, что это окупается и в других областях тоже, — говорит Марсель Перро.

— Что ж, — отвечает на это Айви без задержки, самоуверенно и отчетливо, мотнув головой и рассыпав волосы по левому плечу, — вам-то не приходится проживать с ним под одной крышей.

Просто оглушительный успех — она выступила чертовски хорошо, лучше, чем я в первый раз. Отдел кадров «Версаль паблишинг» мог бы сделать видеозапись этого выступления и продавать ее в качестве учебного пособия для будущих сотрудников.

Собрание заканчивается. Статья о Лерое Уайте остается в подвешенном состоянии в ожидании шести свободных страниц в каком-нибудь из следующих номеров.

Я рысью несусь в туалет мимо Смитти, которая спрашивает между затяжками каркающим голосом: «Где горит, Захарий?», — запираю дверь кабинки, с грохотом опускаю сиденье и плюхаюсь на него. Я остаюсь в таком положении почти десять минут, восстанавливая дыхание и нормальную температуру тела.

И это еще Айви не выставила меня дураком! В каком же состоянии я был бы, если бы она сделала это?